Некоторая пища для мысли об освобождении

Вопрос «что мы будем есть в седьмой год?» вроде бы возникает сразу же после того, как мы узнаем о законах седьмого года — так почему же Тора ждет с этой благой вестью до того, как будет дано повеление о юбилейном годе?