Начнем с шутки. Легендарный генерал Шварцкопф из армии США прочитал лекцию о ведении войны на одной из американских военных баз. Он сказал, что армия готовится к возможности третьей мировой войны. Против кого она будет вестись? Против Китая! В зале распространился страх… Один солдат спросил: «Как мы победим Китай с его населением более миллиарда человек, когда в США проживает всего около 300 миллионов?» Генерал ответил: «Есть одна страна на Ближнем Востоке, где в 1967 году в шестидневной войне три миллиона евреев победили триста миллионов арабов». Настроение в зале успокоилось. Пока один человек не встал и не спросил: «Подождите, а где мы найдем столько евреев?»
Недельная глава «Ваишлах» посвящена встрече Яакова и Эсава. Два соперничающих брата, которые расстались более двадцати лет назад в не самых дружеских отношениях, встречаются снова. Эта встреча могла бы обернуться настоящей кровавой бойней, да не дай Б-г, потому что оба брата были готовы к войне!
Эсав прибыл с 400 наемниками, в то время как Яаков также готовился к возможному сражению и, по крайней мере, к (частичному) спасению и бегству членов своей семьи.
И что же произошло в конце концов?
Эсав прибыл на встречу, полный ненависти, с кровью в глазах, с явным намерением убить Яакова — и тогда произошел удивительный поворот событий: «И побежал Эсав ему навстречу и обнял его, и бросился на шею ему и целовал его. И они плакали» (33:4). Яаков и Эсав обнялись и поцеловались, как братья, которые не виделись двадцать лет (они действительно не виделись 20 лет…), как будто все было хорошо и их отношения никогда не пересекали никаких красных линий.
Главный вопрос заключается в следующем: что именно произошло? Как произошел этот удивительный поворот в отношениях между Эсавом и Яаковом? И были ли объятия и поцелуи Эсава искренними или лицемерными и отвратительными?
Эти вопросы актуальны не только для отношений между Яаковом и Эсавом, но и в целом для отношений между народом Израиля (потомками Яакова) и народами мира (потомками Эсава и его дяди Ишмаэля). Действительно ли небольшой процент сторонников Израиля в мире, среди народов, испытывает близость к народу, живущему в Сионе, или это чистое лицемерие в корыстных целях — ради денег, чести и т. п.?
В замечательной беседе («Ликутей Сихот» том 20) Ребе учит нас уникальному подходу РАШИ к этой теме. Прежде чем представить толкование РАШИ, давайте скажем, что над словом «и он поцеловал его» в книге Торы есть несколько точек — что не очень часто встречается в Торе. Что символизируют эти точки? И что вообще символизируют точки над словами в книге Торы?
Подход РАШИ во всем Пятикнижии заключается в том, что точки, написанные над определенным словом, «ослабляют» и «умаляют» это слово, как будто оно не было написано. Впервые мы видим это в истории Лота и его двух дочерей, а также в нескольких других местах, но здесь мы не будем на этом подробно останавливаться. В свете этого мы можем понять первую интерпретацию РАШИ по этому вопросу: «Над этим есть точки, и есть разногласия по этому поводу. Некоторые толкуют эти точки так, что он не поцеловал его от всего сердца».
Поцелуй был неискренним, он был фальшивым, как будто его и не было вовсе. Это был поверхностный поцелуй, без любви, без нежности, без внутренней связи — только для личной выгоды, денег и чести.
Но у РАШИ есть другое толкование, и второе толкование несколько усложняет дело: «Рабби Шимон бар Йохай сказал: известно, что Эсав ненавидит Яакова, но в тот момент его сострадание пробудилось, и он поцеловал его искренне».
Можно задать много вопросов об этом толковании, но давайте сосредоточимся на одном центральном вопросе: согласно этому толкованию, почему над словом «и он поцеловал его» стоят точки, ведь Эсав поцеловал Яакова от всего сердца?!
И от поцелуя перейдем к объятию. А что насчет объятия Эсава? Было ли это «медвежьим объятием», целью которого было задушить Якова, или проявлением любви между двумя братьями?
Интересно, что в отношении объятия РАШИ дает не два толкования, а только одно: «Его сострадание пробудилось, когда он увидел, как тот поклонился ему столько раз». Это означает, что РАШИ предполагает, что объятие Эсава было действительно искренним, потому что сострадание Эсава к Якову пробудилось, когда он увидел огромную честь, которую Яков оказал ему, поклонившись ему столько раз. Эта удивительная сцена вызвала внезапную перемену в чувствах Эсава, и он искренне обнял своего брата.
Так почему же обнять — да, а поцеловать — нет?!
Потому что каждый ребенок понимает и знает, что поцелуй символизирует гораздо более глубокие, душевные чувства, чем объятие. Так что сказать, что сцена, устроенная Яковом, изменила чувства Эсава, и он смог искренне обнять брата, — это все еще кажется разумным. Но сказать, что в сердце Эсава произошел такой глубокий внутренний поворот, и он поцеловал его от всего сердца?! Нет, это невозможно!
Поэтому РАШИ приводит в качестве первого (и основного) толкования, что поцелуй был действительно внешним — «он не поцеловал его от всего сердца», — потому что нельзя ожидать такого революционного изменения в одно мгновение от злого Эсава.
Но затем РАШИ предлагает вторую возможность: «Его сострадание пробудилось… и он поцеловал его от всего сердца». Поцелуй был искренним и полным, искренним и с внутренним чувством. Но у него был еще один недостаток: это был мимолетный поцелуй! Поцелуй, который проходит и исчезает с ветром — сегодня да, завтра нет. Поэтому Тора «ставит точки» на этом поцелуе. Точки ослабляют непрерывность поцелуя, его силу над будущим и его изменение назавтра. Это был искренний поцелуй, но слабый, потому что он не оказал долгосрочного влияния на отношения между братьями.
Чтобы объяснить резкую смену искренних чувств Эсава — от бездонной ненависти к истинной (но недолгой) любви — РАШИ приводит имя автора высказывания, рабби Шимона бар Йохая, и цитирует его слова: «Известен закон, что Эсав ненавидит Яакова».
Каково значение использования слова «закон»? Здесь нет никакого реального закона! Это, в лучшем случае, высказывание, цитата, пословица — но почему вдруг «закон»?
РАШИ приходит, чтобы объяснить загадочную перемену в поведении Эсава. «Закон» — это концепция, которая никогда не может измениться, и этим РАШИ иллюстрирует, что ненависть Эсава к Яакову также никогда не может измениться. Однако, как и в законе, существует понятие временное постановление — когда в определенных случаях разрешается временно поступать вопреки обычному закону (как пророк Элияу, который пророчески разрешил принести жертву на горе Кармель за пределами Храма) — так и в реальности может существовать ситуация, когда в результате внезапного, мгновенного эмоционального всплеска Эсав искренне целует Яакова!
И кто это говорит? Рабби Шимон бар Йохай! Мудрец Торы, который был преследуем римским правительством и поэтому был вынужден скрываться в пещере вместе со своим сыном в течение 13 лет! Можно было бы подумать, что он был последним человеком в мире, которого мудрецы Израиля послали бы в Рим, чтобы отменить указы, верно?
Неверно! Талмуд рассказывает (Меила 17а-б), что однажды правительство издало указ, что они не должны соблюдать субботу и не должны обрезать своих сыновей… Они сказали: «Кто пойдет и отменит указы? Пусть пойдет рабби Шимон бар Йохай, ибо он привык к чудесам».
Талмуд продолжает рассказывать, что Тамальон (имя демона) вселился в дочь Цезаря, и она безумно кричала: «Приведите мне бен Йохая!» Когда раввин Шимон бар Йохай прибыл на место, он просто сказал: «Уходи, сын Тамальона, уходи, Тамальон!» Демон ушел, и дочь Цезаря пришла в себя. В свете этого великого чуда Цезарь сказал рабби Шимону бар Йохаю, что он может войти в его сокровищницу и взять все, что захочет — все было его! Раввин Шимон бар Йохай вошел в сокровищницу, и что он взял? Документ, в котором были записаны все указы против евреев. Он уничтожил документ и тем самым аннулировал указы.
Рабби Шимон бар Йохай увидел в своей личной жизни то, что пережил Яаков в своей личной жизни. Оба увидели бездонную ненависть язычников к евреям — Эсав и его потомки, римляне, против Яакова и его сыновей-евреев. С другой стороны, они также видели возможность того, что в редких случаях, после неожиданных событий, связанных с чудесами и знамениями, может произойти внутреннее и искреннее, но временное изменение в чувствах народов мира по отношению к евреям.
И урок для нас из этого: с одной стороны, «известно, что Эсав ненавидит Яакова» — должно быть совершенно ясно, что нельзя полагаться на поддержку Америки и международное сотрудничество. Нельзя полагаться ни на Организацию Объединенных Наций, ни на не объединенные нации, потому что нельзя полагаться на нации, и точка!
С другой стороны, еврей имеет силу влиять на Эсава, так что даже когда он ненавидит тебя, может быть создана ситуация, когда «его сострадание пробудилось, и он поцеловал его от всего сердца» — так, что народы будут помогать нам.
Как?
Когда еврей ведет себя как Яаков и как рабби Шимон бар Йохай, он стоит твердо и заявляет, что не сдается и никогда не сдастся народам мира (и особенно их культуре). Он еврей, который ведет себя в соответствии с Торой: «Я жил с Лаваном и соблюдал 613 заповедей!»
Только таким образом мы сможем осуществить пророчество об Освобождении, которое появляется в конце отрывка из книги Пророков на этой неделе: «И спасители взойдут на гору Сион, чтобы судить гору Эсава, и власть будет принадлежать Всевышнему!»
