Начнем с шутки. Пациент рассказывает своему психиатру, что каждую ночь ему снится, как он играет в футбол с ослами. Врач: «Не стоит беспокоиться, у меня есть для вас подходящее лекарство». Пациент, нервно: «Ну, а вы сможете выписать мне это лекарство завтра?» Врач, усмехаясь: «Почему?» Пациент: «Сегодня вечером у нас финальный матч чемпионата».
Глава «Ки таво» известна как «глава упреков» — девяносто восемь проклятий, обрушивающихся на голову любого, кто осмелится нарушить слова Торы. Это звучит очень сурово и не совсем вписывается в хасидский подход, заключающийся в позитивном взгляде на вещи, сосредоточении исключительно на хорошем и так далее.
Но при более внимательном рассмотрении название главы, которое, как известно, охватывает и подчеркивает содержание и суть главы, выражает самую хасидскую идею нашего поколения — поколения Освобождения. Название — «(Ки) таво» («Когда ты придешь, войдешь») — всегда выпадает на дни, близкие к 18 Элула — дню рождения двух великих светил: Баал-Шем-Това и Алтер Ребе, основателей хасидизма. Баал-Шем-Тов — основатель общего хасидизма, а Алтер Ребе — основатель хасидизма ХАБАД.
Говоря проще всего, название «(Ки) таво» символизирует приход Мошиаха, а 18 Элула, который в этом году приходится через три дня после субботы, символизирует путь к достижению Освобождения. Распространяя учения хасидизма — учения Баал-Шем-Това и Алтер Ребе, — мы ускорим приход Мошиаха.
Многие задаются вопросом о необходимости изучения учений хасидизма и о необходимости их распространения. Некоторые спрашивают: «Чего я лишаюсь, не зная хасидизма? И как это мне поможет?!» И вообще, какова связь между хасидизмом и Мошиахом? И почему именно через его распространение мы достигнем Освобождения?
На одном из особых фарбренгенов, задолго до того, как он занял пост главы ХАБАДа, Ребе Король Мошиах объяснил связь между этими вещами. Это было в субботу главы «Ки таво» в 5706 году (1946 г.), спустя год с небольшим после окончания Второй мировой войны.
Среди прочего Ребе сказал: слово «перед» (мул) является аббревиатурой от «пшат», «ремез», «друш» (буквальное значение, намек, толкование) — то есть тот, кто занимается только изучением этих трёх вещей (пшат, ремез, друш) и не занимается изучением учения «сод» (скрытого, мистического измерения Торы), относится к категории «перед» (мула)!
И как будто этого было недостаточно, Ребе продолжил с убедительной силой, что точно так же «хамор (осел) является аббревиатурой от слов «хахам» (мудрец), «морэ» (учитель) и «рав» (рабби) — то есть человек может быть мудрецом, учителем и рабби и, тем не менее, относиться к категории «хамор» (то есть не изучая «сод», внутреннее измерение Торы).
Кто-то может спросить: а как же буква «вав» в слове «хамор»? Где она вписывается среди этих букв аббревиатуры?
У Ребе был готов ответ: буква «вав» добавляет сюда ещё и «раббанан» (раввинов)! И Ребе даже приводит в подтверждение этого прямую цитату из книги «Зоар» (III 275б): «Осел Торы считается Хахам Муфла в'Рав Раббанан». Он может быть кем угодно, но если он не придерживается изучения внутреннего измерения Торы, как оно раскрывается в учениях хасидизма, то он — осёл!
Ребе также убедительно говорил о пришествии Мошиаха и о необходимости подготовиться к его приходу, опираясь на воззвание предыдущего Ребе: «Немедленно к раскаянию, немедленно к Освобождению». А затем Ребе рассказал интересную историю, произошедшую в его детстве.
Это было во времена Первой мировой войны. Рабби Леви-Ицхак Шнеерсон, отец Ребе, служил тогда раввином города Екатеринослава. Это был довольно большой город, окружённый множеством деревень и поселений, как маленьких, так и больших.
Однажды прибыла делегация из трёх евреев с длинными бородами; они приехали из небольшой деревни, где все жители приняли иудаизм. Их называли «субботники», то есть неевреи, для которых днём отдыха была святая суббота; некоторые из них стали праведными прозелитами, и существовало несколько деревень, всё население которых состояло из таких прозелитов. Некоторые из них позже даже сблизились с Любавичским движением.
Они пришли с единственной просьбой — не о деньгах, не о золоте, не о еде, не о пропитании, а о следующем: «Поскольку сейчас идет война и, похоже, Мошиах скоро придет, мы боимся, что Мошиах не пройдет через нашу деревню, потому что она маленькая. А вот в город Екатеринослав, поскольку он большой, Мошиах обязательно придет. Поэтому мы просим раввина: когда придет Мошиах, пожалуйста, сообщите нам об этом».
Если мы не хотим уподобляться таким людям, мы должны изучать, преподавать и распространять учение хасидизма.
В книге Псалмов сказано (32:9): «Не будь как лошадь или мул». Простой смысл этого стиха заключается в том, что лошадь («сус») и мул («перед») сами по себе не понимают, что такое добро, а что зло, и поэтому, чтобы управлять ими, нужно вложить им в рот железное удило. Иногда люди тоже могут вести себя как лошадь или как мул. Они не знают, что правильно, а что неправильно, что хорошо, а что плохо, и им нужен духовные «железные удила», чтобы контролировать их самих, их склонности и их желания. Но когда человек изучает внутренний смысл Торы, учения хасидизма, он узнает, как не быть «ослом» и как не быть «мулом» — не быть евреем, изучающим только «пшат, ремез и друш», и не быть евреем, который является лишь мудрецом, учителем, раввином, а быть евреем, который любит и боится Б-га, евреем, который любит Тору и её заповеди, евреем, который всем сердцем ожидает, предвкушает и надеется на приход Мошиаха. Таким образом мы исполняем повеление стиха: «Не будь как лошадь или мул»!
В завершение еще одна история.
Что касается важности распространения хасидизма и привлечения других к его изучению, то мы можем извлечь урок из другой истории, которую Ребе рассказал на том же фарбренгене — истории о Цемах-Цедеке и его сыне, Ребе МААРАШе, в молодости.
Однажды к святому Цемах-Цедеку пришло множество хасидов на аудиенцию. После этого вошёл его сын, Ребе МААРАШ, и отец пожаловался ему на то, что он тратит своё драгоценное время на приём людей на личные аудиенции: «Чего они от меня хотят? Я занят изучением Торы и молитвой!»
Ребе МААРАШ подошёл к книжному шкафу, на котором стояли десятки рукописей Цемах-Цедека, и спросил: «Отец! Если бы ты не принимал хасидов на частную аудиенцию, смог бы ты написать столько хасидских рукописей?!»
Цемах-Цедек ответил: «Ты прав!»
Ребе много раз рассказывал эту историю, рассматривая её с разных сторон. Приведём здесь один урок, связанный с вышесказанным. Понятно, что Цемах-Цедек, задавая этот вопрос, не имел в виду, что хотел бы предотвратить или уменьшить влияние, которое он мог бы оказывать, принимая людей на индивидуальные беседы. Его намерение заключалось в том, что он мог бы оказывать такое же влияние и посредством собственного изучения Торы в одиночестве. Подобно тому, как рабби Шимон бар Йохай мог вызвать дождь посредством изучения Торы, так и Цемах-Цедек мог оказывать влияние на хасидов, изучая Тору в одиночестве.
И здесь следует урок из слов Ребе МААРАШа, младшего сына, о том, что сила писать трактаты пришла именно благодаря влиянию, оказываемому на хасидов путем «погружения себя» в их дела и их нужды, в частности, посредством приема их на личные аудиенции и личного выслушивания их проблем.
Это практический урок для нас: мы можем влиять на мир, совершая добрые дела в отношениях друг с другом; мы можем учиться, молиться и влиять на мир посредством всеобъемлющего или внешнего воздействия. Очевидно, что эти добрые дела в конечном итоге приведут к тому, что мы сможем «перевесить чашу весов всего мира в сторону заслуг», «принести спасение и избавление» и даже привести к Освобождению. Но эта история учит нас, что мы должны влиять на мир изнутри, ставя себя на место другого (сопереживая другому и его жизненной ситуации), через объяснение и выслушивание, через убеждение и сближение, через активное участие в приобщении всех людей этого поколения к учениям хасидизма, и через это приближая Освобождение.
Пока Мошиах не придет даже в деревню!
