На этом история строительства миквы в Марьиной роще подходит к концу, хочется лишь заметить, что все это было связано с большим самопожертвованием и чередой необъяснимых чудес.

В 1992 году на атомной электростанции возле Ленинграда произошла авария. В этот самый день р. Гронер передал Ребе сообщение об этой аварии. Местные жители очень опасались её последствий, так как все хорошо помнили трагедию на Чернобыльской АЭС в 1986 году.

Поэтому один сидит и смотрит на часы; другой сдерживает себя и не смотрит, что сбивает его с толку ещё сильнее...

Невидимый «железный занавес» отделил Советский Союз от остального мира. Но еще более могущественный занавес отделил любавичских хасидов от их лидера, Ребе. Только за слово «Шнеерсон» могли посадить в тюрьму или отправить в ссылку.

Мы попрощались, я сказал Ребе, что еду в четверг в Израиль, а потом в воскресенье — в Москву. И вот, на следующий день я слышу в новостях, что начался августовский путч, в Москве стоят танки. Я в панике...

Я родился в Самарканде, и мое еврейское-хасидское образование осуществлялось в тайной йешиве, которая функционировала благодаря истинному самопожертвованию хасидов ХАБАДа.

Еще более мощный занавес разделял между собой хасидов ХАБАДа в Советском Союзе и их лидера, Ребе. Одного произнесённого слова «Шнеерсон» было достаточно, чтобы обвинить человека и отправить его в тюрьму, ссылку или ещё что похуже.

Всего через неделю началась Вторая мировая война. Война в конечном итоге охватила Ригу, а еврейская община была депортирована и отправлена в концентрационные лагеря. Выживших было очень мало.

Реб Хаим очень боялся ехать, так как он был уверен, что КГБ знает о нем все и его сразу арестуют после приезда.

«Гражданин Коган, — начал старший офицер в комнате, — вы еще не отреклись от своей просьбы покинуть Россию?» Я ответил отрицательно. На мгновение наступила тишина, а затем он произнёс долгожданные слова: «Мы думаем, что вы можете репатриироваться на этот раз».