Были ли эти упомянутые «неисправности» на самом деле результатом помех, созданных ХАМАСом, которые затем были обнаружены нашей армией, сумевшей найти техническое решение проблемы?

Оценка высокого уровня угрозы, которую представляли сирийские ВВС в те годы, основывалась как на их относительно большой численной мощи, так и на регулярных учениях сирийцев по применению химического оружия. При этом Сирия располагала огромными запасами химического оружия.

В последние годы мы все больше узнаём о тесном общении между Любавичским Ребе и израильскими лидерами, отвечавшими за безопасность страны. Одним из тех, кто имел подобную особую связь с Ребе, был глава управления разведки генерального штаба Армии обороны Израиля.

Этот архив пролил новый свет на некоторые военные операции, которые казались совершенно загадочными, странными и абсолютно непонятными в то время, когда они проводились.

В канун Шестидневной войны Израиль оказался перед колоссальной сущностной угрозой своему существованию. Ему предстояло противостоять врагу сразу на трех фронтах.

Без малейшего сомнения, речь идёт о беспрецедентном успехе, у которого нет аналогов в мировой практике, на фоне, столь же беспрецедентной по своим масштабам воздушной атаки.

Из этой лавины сюрпризов выделяются 12, по одному на каждый день «12-дневной войны». За каждым историческим фрагментом следует вопрос о будущем.

Израильский генерал-майор (в запасе) Гиора Айленд написал новую колонку про большую войну на северном театре боевых действий в Израиле. Перевод с иврита и выжимка — Игаль Левин.

Впервые за много лет Катар и Саудовская Аравия на официальном уровне осудили действия Ирана после обстрела американских баз. Это большой перелом в ближневосточной политике.

Тегеран радикально расширил зону конфликта, атаковав энергетику и базы в десяти странах, включая Кипр, что требует немедленного пересмотра мер безопасности.