На следующее утро оказалось, что это была не только моральная поддержка. К нам пришел раввин, живущий неподалеку, протянул конверт и сказал, что его просили передать нам 1000 шекелей...

Ребе выехал в Петербург и почти добился, что слушание дела в Сенате по этому вопросу перенесут на следующую сессию. К несчастью, один из членов Сената и близких друзей министра воспротивился этому, и начал убеждать членов Сената не откладывать слушания дела.