Ребе сказал, что праведникам вручены три ключа: от жизни, дождей и пробуждения мертвых. Хотя три ключа сразу не даются одному человеку, в отношении праведников это не так! После этого Ребе объяснил данную идею на более глубоком уровне, что Всевышний и праведник являются одним целым.

Этот мир требует упорядоченного, нормального поведения. Это мир говорит еврею, что есть последовательный порядок. При этом нельзя сразу перепрыгнуть на следующий уровень — тьму нужно разгонять постепенно.

Поэтому один сидит и смотрит на часы; другой сдерживает себя и не смотрит, что сбивает его с толку ещё сильнее...

Эту мелодию с большим энтузиазмом пели перед Ребе РАЯЦем во время трапез в последние дни трех праздников, особенно в последние годы.

Почему Алтер Ребе поступил подобным образом? Ведь если человек оскорбил мудреца Торы, этому человеку положено наказание.

О чтении Псалмов и хасидском застолье в субботу, когда благословляют новый месяц.

Были хасиды, которые уже во время траурной недели приняли на себя власть Ребе и относились к нему соответственно. Один из них, рав Моше Дубинский, обращался к нему не по имени или инициалам, как это было раньше, а «Ребе».

Реб Хоня, который все еще находился под впечатлением глубочайших идей хасидизма, услышанных им на фарбренгене, в совокупности с выпитой водкой спросил: «Какая почта — из мира Ацилут?»

Нигун «Ах л'Элоким» особенно любил Ребе РАЯЦ и его исполняли обычно в начале хасидского застолья в праздники. Мелодия этого нигуна служит мостом, по которому происходит освобождение человека от материальности и его переход в область святости

Пурим — праздник веселый. Однако под властью большевиков невозможно было провести его как положено: собираться было запрещено их законом.