Законы о жертвоприношениях, непригодных для еды. Гл. 16
1. Ранее мы уже объясняли, что если приносящий жертву во время одного из вышеперечисленных четырех служений думал о другом месте, то жертвоприношение недействительно, но оно не является непригодным. Если же он думал об изменении времени [жертвоприношения или поедания], то оно является непригодным.
В каких случаях применяется вышесказанное? Когда совместно с мыслью об изменении времени, нет другой мысли. Если же намерение относительно места или в случае пасхальной жертвы или жертвы за грех, намерение относительно вида жертвы сочеталось с намерением относительно времени, жертва неприемлема, но не является непригодной.
Что подразумевается? Если человек зарезал животное, собрал [кровь], принес ее [на жертвенник] и окропил ею [жертвенник] с [запрещающим] намерением относительно времени или [даже если] у него было [запрещающее] намерение относительно времени при [совершении] одного из этих действий, но его намерение было правильным, или у него не было намерения при совершении других действий, [жертва] была негодной. Однако, если человек зарезал с запрещающим намерением относительно времени, но собрал [кровь], принес ее к жертвеннику и возлил [на жертвенник] с запрещающим намерением относительно места или зарезал с запрещающим намерением относительно места, но собрал [кровь], принес ее к жертвеннику и возлил [на жертвенник] с запрещающим намерением относительно времени, то [жертва] не является негодной, а только запрещенной.
Точно так же, если пасхальная жертва или очистительная жертва была заколота с другой целью, но человек собрал [кровь], принес ее [на жертвенник] и окропил ею [жертвенник] с запрещающим намерением относительно времени, или если человек заколол с запрещающим намерением относительно времени, но собрал [кровь], принес ее [на жертвенник] и окропил ею [жертвенник] с другой целью, то [жертва] не является негодной, а просто — неприемлема.
Те же принципы действуют в отношении жертвоприношений птиц и хлебных приношений. Термин «негодное» применяется только тогда, когда жертва запрещается из-за намерения, касающегося времени, без сочетающегося с ним [запрещающего] намерения, касающегося места, ни в начале, ни в конце, а также без сочетающегося с ним намерения относительно вида жертвоприношения, в отношении тех жертв, которые запрещаются, когда приносятся для другой цели.
2. Если при выполнении одной или всех четырех служб у приносящего жертву возникает намерение съесть порцию вещества размером с оливку, пригодного для употребления в пищу вне [отведенных пределов], и порцию размером с оливку на следующий день; порцию размером с оливку на следующий день и порцию размером с оливку за пределами [разрешенного места], то жертвоприношение запрещено, но не является негодным. Аналогичным образом, если человек соединил другое запрещающее намерение относительно принесения [жертвы с намерением относительно времени, то жертва] запрещена, но не является негодной.
3. Если было намерение съесть или воскурить в жертву размером в половину оливки с запрещающим намерением относительно места и съесть или воскурить в жертву размером в половину оливки с запрещающим намерением относительно времени, то [жертва] непригодна. [Это справедливо] независимо от того, было ли намерение, касающееся порции размером с оливку, первым или последним. [Обоснование состоит в том, что] порция размером с половину оливки не является значительной по отношению к порции размером с оливку.
4. Если же он думал о запрещающем изменении времени в отношении доли размером с половину оливки и о запрещающем изменении места в отношении другой доли размером с половину оливки, а затем о запрещающем изменении времени в отношении другой доли размером с половину оливки, то жертвоприношение — непригодно.
Точно так же, если у человека было запрещающее намерение относительно времени в отношении порции размером с половину оливки, а затем запрещающее намерение в отношении порции размером с оливку: в отношении половины — запрещающее намерение относительно времени, а в отношении другой половины — запрещающее намерение относительно места, то [жертвоприношение] является непригодным.
5. Если кто-то желал окропить кровью, которой должна быть окроплена нижняя часть [жертвенника], верхнюю часть [жертвенника] или желал окропить кровью, которая должна быть окроплена верхней частью [жертвенника], нижнюю часть [жертвенника] или тому подобное, то, как уже объяснялось, эти намерения не запрещают [жертвоприношение]. Если человек соединил [вышеотмеченное запрещающее] намерение с мыслью об изменении времени, то [жертвоприношение] является непригодным. Если же отдельно он думал об изменении места, то [жертвоприношение] неприемлемо, но оно не является непригодным.
6. Если у кого-либо было намерение окропить кровью, которой должна была быть окроплена верхняя часть [жертвенника], нижнюю часть на следующий день, [намерение] окропить кровью, которой должны были окропить верхнюю часть [жертвенника], нижнюю часть на следующий день, у него было намерение окропить кровью, которая должна быть возлита в Святилище на внешний жертвенник на следующий день, или он намеревался окропить внешний жертвенник кровью, которая должна быть принесена в Святилище на следующий день, [жертва] не является непригодной. Даже если у него было намерение относительно времени, поскольку он мысленно изменил место окропления кровью, [жертвоприношение] запрещено, но не является негодным.
Поскольку мы уже объясняли в этих законах, что когда кровью окропляют в другом месте, а не в желаемом, то считается, что ею кропили в желаемом месте, то почему же [жертва] не считается негодной из-за намерения покропить кровью не в желаемом месте на следующий день? [Объясняется это тем, что] хотя жертвоприношение и приемлемо, но поскольку кровью не кропили в положенном месте, это не делает мясо разрешенным к употреблению, как мы уже объясняли. [Существует общий принцип:] В любой ситуации, когда кровью окропляли жертвенник, но из-за нее мясо было разрешено есть, если у человека было намерение окропить ею в другое время [после установленного срока], она не является негодной. Поэтому [в вышеупомянутых обстоятельствах], если у человека было запрещающее намерение относительно времени в отношении этого жертвоприношения, оно неприемлемо, но не является негодным.
7. Если у человека было запрещающее намерение относительно времени, когда он брал [горсть муки из приношения], но не было такого намерения, когда он брал ладан, или у него было запрещающее намерение относительно времени, когда он собирал ладан, но не было такого намерения, когда он брал [горсть муки, приношение] запрещается, но не является негодным. [Приношение становится негодным] только в том случае, если у человека есть запрещающее намерение в отношении всех [веществ, из-за которых] оно разрешено [к употреблению], то есть горсти муки и ладана, в момент, когда берется горсть и собирается ладан, или когда они оба помещаются в священную утварь, возносятся [на жертвенник] или бросаются [в огонь на нем].
8. Если в то время, когда он бросил горсть [еды] в костер жертвенника, у него было намерение предложить ладан на следующий день, то это делает приношение негодным, потому что намерение предложить что-то на огне жертвенника и одновременно вознести что-то другое на костре не делает жертвоприношение негодным. Точно так же, если человек воскурил только ладан или только горсть [муки] и имел намерение съесть остаток на следующий день, то [жертвоприношение] запрещается, но не является негодным. [Объясняется это тем, что запрещающее намерение, связанное только с] половиной [веществ, из-за которых] жертвоприношение не разрешено [к употреблению], не приводит к тому, что оно считается негодным.
Если [с другой стороны], человек вознес только горсть [из хлебного приношения] и намеревался воскурить ладан на следующий день, а затем вознес ладан и имел намерение съесть остаток [приношения] на следующий день, [приношение] является негодным, поскольку [запрещающее] намерение, касающееся времени, распространилось на все приношение.
9. Если кто-либо воскурил часть горсти [муки] размером с кунжутное семя вместе с ладаном с намерением съесть часть остатка [приношения] размером с кунжутное семя на следующий день, [даже если] он продолжает воскурять всю горсть [муки] с ладаном и [то же с запрещающим] намерением в отношении времени, [хлебное приношение] не соответствует требованиям, но не является негодным. [Обоснование заключается в том, что] хотя есть понемногу и является обычным способом приема пищи, это не обычный способ приношения жертв на жертвенник. С другой стороны, это подобно хлебному приношению, горсть которого не была воскурена на костер жертвенника.
10. Если ладан был помещен в хлебное приношение грешника или ревнивца, и у коэна было [запрещающее] намерение, включающее время до того, как ладан был забран, [приношения] запрещаются, но не являются негодными. Если после того, как он взял ладан, у него было [запрещающее] намерение относительно времени в отношении воскурения, оно негодно.
11. Если между отбором горсти [хлебного приношения] и ее воскурением на жертвеннике не хватало в остатке от хлебного приношения, а затем горсть была воскурена с [запрещающим] намерением в отношении времени, то возникает сомнение в том, стал ли остаток полностью негодным или нет.