На ярко освещённой сцене, среди мощного звучания гитар и оглушительного ритма барабанов, стоит необычная фигура: хасид с бородой, развевающимися цицит и кипой с надписью «Йехи Адонейну». Для израильской публики он известен как участник музыкальной группы «А-Тавлим» («Специи»), которая 15 лет назад была одним из популярных коллективов страны.
Но за эти годы жизнь одного из её ведущих музыкантов изменилась до неузнаваемости. Сегодня рав Рои Лави — хасид ХАБАДа, живущий в Эйлате, чья встреча с хасидизмом полностью изменила его мировоззрение и определила новый путь. И теперь, спустя полтора десятилетия после распада группы, он вместе с бывшими коллегами возвращается на сцену. Только на этот раз музыка становится для него не просто творчеством, а частью служения Ребе Королю Мошиаху.
После возвращения к соблюдению Торы и заповедей Рои оказался единственным религиозным участником коллектива. Несмотря на тёплые отношения с музыкантами, различия в образе жизни со временем привели к прекращению совместной работы. Сегодня они вновь объединяются, чтобы возродить известную группу и использовать музыку для подготовки мира к встрече Мошиаха.
Внутренний «детектор правды»
Рои вырос в религиозной семье, но традиционные объяснения, почему необходимо соблюдать заповеди, не давали ответов на его вопросы. В 13 лет он снял кипу, а следующие десять лет посвятил музыкальной карьере.
Однако духовный поиск не прекратился. Рои пробовал найти ответы в различных религиозных группах и общинах, но нигде не чувствовал, что обнаружил настоящую истину. По его собственному выражению, внутри каждого еврея есть своеобразный «детектор правды», который не позволяет удовлетвориться тем, что не отвечает внутреннему ощущению истины. Именно это чувство раз за разом заставляло его продолжать поиски.
Сорок минут, изменившие жизнь
Решающая встреча с истиной произошла совершенно неожиданно — во время поездки на общественном транспорте.
Однажды Рои попалась брошюра «Тора и наука». По дороге из Иерусалима в Тель-Авив он прочитал приведённые в ней научные факты, подтверждающие положения Торы и слова наших мудрецов. Всего за сорок минут его прежние сомнения рассеялись: он решил вернуться к соблюдению субботы и начать накладывать тфиллин.
Вскоре судьба привела его в Эйлат, где он познакомился с посланником Ребе равом Шагаем Вайсом. Тот предложил ему изучать хасидизм, и именно это знакомство открыло перед Рои совершенно новый мир.
Первым глубоким впечатлением стало изучение 32-й главы книги «Тания», посвящённой любви к ближнему-еврею. Рои был поражён глубиной хасидского учения и тем, насколько необыкновенные духовные идеи открываются человеку через него. Это стало началом серьёзного увлечения учением ХАБАДа.
Вскоре он стал постоянным учеником йешивы ХАБАДа в Эйлате, а затем продолжил обучение в йешиве в Рамат-Авиве. Именно там его связь с хасидизмом окончательно укрепилась, и он осознал, что нашёл своё место в мире Ребе Короля Мошиаха.
Не нужно разрушать свой мир
Новый духовный путь не заставил Рои отказаться от того, чем он жил прежде. Напротив, хасидизм помог ему по-новому взглянуть на собственные способности и таланты.
Рав Рои считает, что многие люди опасаются приблизиться к еврейству, ошибочно полагая, будто для этого придётся отказаться от привычного образа жизни, интересов и увлечений. Однако Ребе Король Мошиах учит обратному: задача еврея — не разрушать окружающий мир, а освещать его светом святости, раскрывая предназначение всего, что в нём существует.
Так произошло и с музыкой в жизни Рои. Ему не пришлось оставлять сцену и отказываться от своего таланта. Достаточно было наполнить творчество новым содержанием, придать ему дух Освобождения и превратить музыку в средство распространения света хасидизма.
Сегодня, выступая перед тысячами молодых людей, он не скрывает своей хасидской принадлежности: выходит на сцену с кипой «Йехи», в бороде и с цицит, открыто демонстрируя свою веру в Ребе Короля Мошиаха.
Такой образ нередко производит на зрителей неожиданное впечатление. После концертов к нему подходят молодые евреи, для которых встреча с человеком, сумевшим соединить современную музыку, творческую свободу и преданность еврейским ценностям, становится поводом пересмотреть собственное отношение к еврейству и вере в Мошиаха.
