РАМБАМ пишет («Законы запрещенных связей», гл. 13), что еврейский народ вошел в завет с Б-гом через три действия: обрезание, окунание в микву и жертвоприношение. В последующих поколениях, если нееврей желает принять иудаизм («войти в завет»), он также должен пройти через эти три этапа: обрезание (для мужчин), окунание в микве и принесение жертвы.
РАМБАМ добавляет: в наше время, когда Храм разрушен и приносить жертвы невозможно, для гиюра достаточно обрезания и миквы. Однако у гера остается обязательство принести жертву, как только Храм будет отстроен.
Ребе Король Мошиах задает вопрос: если отсутствие жертвы означает, что гер еще не стал полноценным евреем в отношении употребления мяса определенных жертвоприношений (как говорит Рогачовер и даже пишет в другом месте, что в этом аспекте гер «подобен ноахиду» — то есть нееврею), то как можно утверждать, что «совершенно ничего не убавляется»? Ведь это ставит под сомнение статус всех геров со времен разрушения Храма (включая великих мудрецов!). Неужели все они в каком-то аспекте неполноценны? Это кажется нелогичным и даже уничижительным.
Более того, это противоречит известному ответу самого РАМБАМа рабби Овадье-геру. РАМБАМ пишет Овадье, что его достоинство выше, чем у рожденных евреев! Рожденные евреи происходят от праотцов, а геры напрямую связаны с «Тем, Кто сказал — и возник мир», то есть с Самим Б-гом.
Ребе спрашивает: как РАМБАМ мог так превозносить гера, если, согласно объяснению гаона из Рогачова, этот гер в чем-то «подобен ноахиду»? Ребе подчеркивает, что РАМБАМ написал это не ради утешения, а как истину Торы.
Ребе предлагает решение, основанное на внимательном прочтении слов РАМБАМа:
РАМБАМ не говорит, что жертвоприношение делает человека гером. Он говорит, что отсутствие жертвы лишь задерживает достижение полноты статуса в конкретном аспекте.
Ребе различает действия, вводящие в завет (обрезание и миква), которые активно создают связь гера с Б-гом, и действие, устраняющее препятствие (жертвоприношение), которое мешает реализации этого статуса в частностях.
Пример: чтобы войти в дом, нужно само действие входа, но также необходимо, чтобы дверь не была заперта. Устранение препятствия (отпирание двери) — не часть самого процесса ходьбы, но условие для его завершения.
Применение к гиюру: обрезание и миква — это сам «вход» в завет. Жертвоприношение (во времена Храма) — это лишь устранение «блокировки».
Сегодня, когда Храма нет, жертвоприношение не требуется по закону Торы. Следовательно, препятствия просто не существует! Поэтому сегодня обрезания и миквы достаточно, чтобы стать абсолютно полноценным гером без всяких оговорок.
Важный вывод: этот статус полноценного гера, приобретенный сегодня, постоянен. Даже когда Храм будет отстроен, такой гер сможет есть мясо жертв сразу, еще до принесения своего (теперь уже обязательного) жертвоприношения. Почему? Потому что он уже стал полноценным евреем во время изгнания. Будущее обязательство принести жертву — это новый закон, не влияющий на уже достигнутый им статус. Немыслимо, чтобы святость гера уменьшилась из-за того, что Храм восстановили!
Ребе Король Мошиах указывает, что РАМБАМ намекнул на это решение в самой структуре законов. Сначала он перечисляет три элемента, а сразу после говорит: «А в наше время… нужны обрезание и миква». Это означает, что происходит тот же самый полноценный вход в завет, но иным способом, так как препятствие отсутствует. Слова же о том, что «когда будет построен Храм, он принесет жертву», следует понимать как отдельное обязательство, возникающее уже у полноценного гера, а не как завершение процесса гиюра.
Ребе указывает на духовную подоплеку. Гиюр, как и дарование Торы на Синае, включает два этапа: установление связи с Б-гом (получение святой души) и преображение личности (когда душа проникает в тело и чувства человека).
Обрезание и миква осуществляют первый этап. Жертвоприношение (от слова «кирув» — приближение) символизирует второй этап: приближение всех сил человека к Б-гу.
Во времена Храма присутствие Всевышнего (Шхина) было явным, совершались чудеса. Служение Б-гу было сосредоточено на внутренней работе души: постижении святости, любви и трепете перед Ним. Поэтому для гиюра был важно и жертвоприношение — аспект приближения и очищения внутренних сил.
Во времена Храма присутствие Всевышнего было явным, и служение было сосредоточено на внутренней работе чувств. Поэтому жертвоприношение (аспект очищения внутренних сил) было критически важным. В изгнании же, когда присутствие Б-га скрыто, главное в служении — практическое действие и самоотдача. Поэтому сегодня для полноценного гиюра достаточно сущностного вхождения святой души через обрезание и микву.
