| 1. В отношении чистоты, соблюдаемой при подготовке к приношению красной коровы, были приняты особые меры, и во всех действиях, связанных с ее приношением, соблюдалась крайность, чтобы держаться на расстоянии от ритуальной нечистоты, связанной с человеческим трупом. Это объясняется тем, что, поскольку человеку, который в тот день погружался в воду, позволительно приносить ее, наши мудрецы опасались, что люди будут относиться к этому приношению с пренебрежением.
По этой причине коэна, сжигающего ее, переселяют в подготовленную палату во дворе Храма. Она называлась «Каменная палата», потому что вся утварь в ней была каменной, не оскверненной нечистотами. Он должен был пользоваться каменной утварью в течение семи дней своего отселения. Его братья-коэны не прикасались к нему, чтобы увеличить его чистоту. |
מַעֲלוֹת יְתֵרוֹת עָשׂוּ בְּטָהֳרַת פָּרָה אֲדֻמָּה וְהַרְחָקוֹת גְּדוֹלוֹת הִרְחִיקוּ מִטֻּמְאַת הַמֵּת בְּכָל מַעֲשֶׂיהָ. מִפְּנֵי שֶׁהִיא כְּשֵׁרָה בִּטְבוּלֵי יוֹם חָשׁוּ שֶׁמָּא יָבוֹאוּ לְזַלְזֵל בָּהּ. וּמִפְּנֵי זֶה כְּשֶׁמַּפְרִישִׁין הַכֹּהֵן הַשּׂוֹרֵף אוֹתָהּ מַפְרִישִׁין אוֹתוֹ לְלִשְׁכָּה מוּכֶנֶת בָּעֲזָרָה. וּבֵית אֶבֶן הָיְתָה נִקְרֵאת מִפְּנֵי שֶׁכָּל כֵּלֶיהָ כְּלֵי אֲבָנִים שֶׁאֵין מְקַבְּלִין טֻמְאָה. וּבִכְלֵי הָאֶבֶן הָיָה מִשְׁתַּמֵּשׁ כָּל שִׁבְעַת יְמֵי הַהַפְרָשָׁה. וְלֹא הָיוּ נוֹגְעִין בּוֹ אֶחָיו הַכֹּהֲנִים כְּדֵי לְהַרְבּוֹת בְּטָהֳרָתוֹ: |
| 2. За семь дней до сожжения красной коровы коэн, который будет ее сжигать, отселяется из своего дома, как и первосвященник отселяется ради служения в День Искупления. Это было получено как часть устной традиции от Моше. Точно так же он изолируется от своей жены, чтобы не обнаружилось, что она была отлученной, и он не стал нечистым на семь дней. |
שִׁבְעַת יָמִים קדֶם שְׂרֵפַת הַפָּרָה מַפְרִישִׁין כֹּהֵן הַשּׂוֹרֵף אוֹתָהּ מִבֵּיתוֹ. כְּשֵׁם שֶׁמַּפְרִישִׁין כֹּהֵן גָּדוֹל לַעֲבוֹדַת יוֹם הַכִּפּוּרִים. וְדָבָר זֶה קַבָּלָה מִמּשֶׁה רַבֵּנוּ. וְכֵן מַפְרִישִׁין אוֹתוֹ מֵאִשְׁתּוֹ שֶׁמָּא תִּמָּצֵא נִדָּה וְיִהְיֶה טָמֵא שִׁבְעַת יָמִים: |
| 3. Палата, в которой коэн должен был находиться все эти семь дней, находилась в северо-восточной части Храмового двора. Она была расположена там, чтобы напомнить коэну, что красная корова приравнивается к очистительной жертве, которая приносится в северной части Храмового двора, хотя красная корова заклана вне Храма. |
הַלִּשְׁכָּה שֶׁהָיָה יוֹשֵׁב בָּהּ כָּל שִׁבְעָה צְפוֹנִית מִזְרָחִית הָיְתָה. כְּדֵי לְהַזְכִּירוֹ שֶׁהִיא כְּחַטָּאת הַנִּשְׁחֶטֶת בַּצָּפוֹן אַף עַל פִּי שֶׁהִיא נִשְׁחֶטֶת בַּחוּץ: |
| 4. В каждый из семи дней его изоляции следует окроплять его водой с пеплом красной коровы, чтобы он не заразился нечистотой из-за контакта с трупом, за исключением четвертого дня изоляции. В этот день окропление не требуется. Это объясняется тем, что невозможно, чтобы это был третий день его нечистоты или седьмой день его нечистоты. Ведь окропление растворенным в воде пеплом в седьмой день не считается окроплением седьмого дня, если только этой смесью не был окроплен в третий день перед этим. Согласно закону, нет необходимости посыпать его пеплом в какие-либо другие дни, кроме третьего и седьмого дней изоляции. Кропление изо дня в день — это дополнительная строгость, введенная в отношении красной коровы. |
כָּל יוֹם וְיוֹם מִשִּׁבְעַת יְמֵי הַהַפְרָשָׁה מַזִּין עָלָיו מֵי חַטָּאת. שֶׁמָּא נִטְמָא לְמֵת וְהוּא לֹא יָדַע. חוּץ מִיּוֹם רְבִיעִי לְהַפְרָשָׁה שֶׁאֵין צָרִיךְ הַזָּאָה לְפִי שֶׁאִי אֶפְשָׁר שֶׁלֹּא יִהְיֶה לֹא שְׁלִישִׁי לְטֻמְאָתוֹ וְלֹא שְׁבִיעִי. שֶׁאֵין הַזָּאָה בַּשְּׁבִיעִי עוֹלָה מִשּׁוּם הַזָּאַת שְׁבִיעִי עַד שֶׁיַּזֶּה בַּשְּׁלִישִׁי מִלְּפָנֶיהָ. וּמִן הַדִּין הָיָה שֶׁאֵין צָרִיךְ הַזָּאָה אֶלָּא בִּשְׁלִישִׁי וּשְׁבִיעִי לְהַפְרָשָׁה בִּלְבַד וְזֶה שֶׁמַּזִּין יוֹם אַחַר יוֹם מַעֲלָה יְתֵרָה עָשׂוּ בְּפָרָה: |
| 5. Его изолировали в четвертый день недели, так что четвертый день его изоляции выпал бы на субботу, поскольку окропление водой с пеплом красной коровы не отменяет субботних запретов, а четвертый день не требует окропления водой с пеплом. |
בִּרְבִיעִי בְּשַׁבָּת הָיוּ מַפְרִישִׁין אוֹתוֹ כְּדֵי שֶׁיָּחוּל רְבִיעִי שֶׁלּוֹ לִהְיוֹת בְּשַׁבָּת. שֶׁהַהַזָּיָה אֵינָהּ דּוֹחָה שַׁבָּת וְהָרְבִיעִי אֵין צָרִיךְ הַזָּיָה: |
| 6. Во все дни его отселения, в которые окропляют его водой с пеплом красной коровы, окропляют его пеплом всех красных коров, которые были сожжены ранее. Если же был пепел только от одной красной коровы, то этот пепел используется во все шесть дней. |
בְּכָל יוֹם וְיוֹם מִימֵי הַהַפְרָשָׁה שֶׁמַּזִּין עָלָיו בָּהֶם. מַזִּין מֵאֵפֶר פָּרָה מִן הַפָּרוֹת שֶׁנִּשְׂרְפוּ כְּבָר. וְאִם לֹא הָיָה שָׁם אֶלָּא אֵפֶר פָּרָה אַחַת בִּלְבַד מַזִּין מִמֶּנּוּ עָלָיו כָּל הַשִּׁשָּׁה: |
| 7. Если во время изоляции его окропляют водой с пеплом красной коровы, то окропление должен совершать человек, который никогда не заражался ритуальной нечистотой, исходящей от человеческого трупа. Это объясняется тем, что человек, посыпающий пеплом, должен быть чист. Если кто-то скажет: «Пусть такой-то, человек, заразившийся нечистотой, но затем тот, кого кропили пеплом красной коровы, покропит пеплом на коэна, который будет сжигать красную корову», то это предложение не выполняется. Это объясняется тем, что возможно, что человек, посыпавший пеплом такого-то, не был чист от нечистоты, связанной с трупом. Аналогично, утварь, которую наполняют и освящают для окропления коэна, сжигающего красную корову, была каменной, не восприимчивой к ритуальной нечистоте. Все эти обычаи являются дополнительными строгостями, принятыми в отношении красной коровы.
Как можно найти человека, который никогда не заражался нечистотой, связанной с человеческим трупом? В Иерусалиме были дворы, построенные на каменных плитах, а пространство под ними было полым, чтобы в глубине земли не было могилы. Туда приводили беременных женщин, там они рожали и растили своих сыновей. Когда хотели окропить водой с пеплом коэна, который сжигал красную корову, приводили быков — потому что у них большие животы, — ставили им на спины двери, а детей сажали на доски, чтобы между ними и землей был шатер, чтобы они не заразились нечистотой из могилы в недрах земли. В руках у них были каменные чаши, и они шли к источнику Шило. Когда они достигали Шило, дети спускались вниз и наполняли чаши. Мы не подозреваем, что они заразятся нечистотой от могилы в глубине земли у источника, потому что не принято хоронить мертвых в ручьях.
Они поднимались, садились на щиты и шли вверх, пока не достигали Храмовой горы. Затем они спускались и шли ногами, потому что вся территория Храмовой горы и ее дворов была построена над пустотами, чтобы не оказалось могилы в недрах земли.
Они должны были дойти до входа в Храмовый двор. У входа во двор Храма стоял кувшин с пеплом. Они брали пепел, клали его на воду в чашах и окропляли этой смесью коэна, сжигающего корову.
Дети, которые наполняли воду, освящали ее пеплом и окропляли коэна, сжигающего корову, должны были погрузиться в микву. Даже если они чисты в отношении нечистоты, связанной с человеческим трупом, возможно, что они заразились другими формами нечистоты. |
כְּשֶׁמַּזִּין עָלָיו בִּימֵי הַהַפְרָשָׁה אֵין מַזֶּה עָלָיו אֶלָּא אָדָם שֶׁלֹּא נִטְמָא בְּמֵת מֵעוֹלָם שֶׁהַמַּזֶה צָרִיךְ שֶׁיִּהְיֶה טָהוֹר. וְאִם תֹּאמַר יַזֶּה עָלָיו אִישׁ שֶׁנִּטְמָא וְהֻזָּה עָלָיו. שֶׁמָּא זֶה שֶׁהִזָּה עָלָיו לֹא הָיָה טָהוֹר מִטֻּמְאַת מֵת. וְכֵן הַכֵּלִים שֶׁמְּמַלְּאִין בָּהֶן וּמְקַדְּשִׁין לְהַזּוֹת עַל הַכֹּהֵן הַשּׂוֹרֵף כֻּלָּם כְּלֵי אֲבָנִים הָיוּ שֶׁאֵין מְקַבְּלִין טֻמְאָה. וְכָל אֵלּוּ הַדְּבָרִים מַעֲלוֹת יְתֵרוֹת הֵן שֶׁעָשׂוּ בָּהּ. וְכֵיצַד יִמָּצֵא אִישׁ שֶׁלֹּא נִטְמָא בְּמֵת מֵעוֹלָם. חֲצֵרוֹת הָיוּ בִּירוּשָׁלַיִם בְּנוּיוֹת עַל גַּבֵּי הַסֶּלַע וְתַחְתֵּיהֶן חָלוּל מִפְּנֵי קֶבֶר הַתְּהוֹם. וּמְבִיאִין הָיוּ נָשִׁים עֻבָּרוֹת וְיוֹלְדוֹת שָׁם וּמְגַדְּלוֹת שָׁם אֶת בְּנֵיהֶם. וּכְשֶׁיִּרְצוּ לְהַזּוֹת עַל הַכֹּהֵן הַשּׂוֹרֵף מְבִיאִין שְׁוָרִים מִפְּנֵי שֶׁכְּרֵסֵיהֶן נְפוּחוֹת וּמַנִּיחִים עַל גַּבֵּיהֶן דְּלָתוֹת וְיוֹשְׁבִין הַתִּינוֹקוֹת עַל גַּבֵּי הַדְּלָתוֹת כְּדֵי שֶׁיִּהְיֶה הָאֹהֶל מַבְדִּיל בֵּינָם לְבֵין הָאָרֶץ מִפְּנֵי קֶבֶר הַתְּהוֹם. וְכוֹסוֹת שֶׁל אֶבֶן בְּיָדָם וְהוֹלְכִין לַשִּׁילוֹחַ. הִגִּיעוּ לַשִּׁילוֹחַ יוֹרְדִין שָׁם וּמְמַלְּאִין שֶׁאֵין לָחוּשׁ שָׁם מִפְּנֵי קֶבֶר הַתְּהוֹם שֶׁאֵין דֶּרֶךְ בְּנֵי אָדָם לִקְבֹּר בַּנְּהָרוֹת. וְעוֹלִין וְיוֹשְׁבִין עַל גַּבֵּי הַדְּלָתוֹת וְהוֹלְכִין עַד שֶׁמַּגִּיעִין לְהַר הַבַּיִת. הִגִּיעוּ לְהַר הַבַּיִת יוֹרְדִין וּמְהַלְּכִין עַל רַגְלֵיהֶן מִפְּנֵי שֶׁכָּל הַר הַבַּיִת וְהָעֲזָרוֹת תַּחְתֵּיהֶן הָיָה חָלוּל מִפְּנֵי קֶבֶר הַתְּהוֹם. וּמְהַלְּכִין עַד פֶּתַח הָעֲזָרָה. וּבְפֶתַח הָעֲזָרָה הָיָה קָלָל שֶׁל אֵפֶר נוֹטְלִין הָאֵפֶר וְנוֹתְנִין בַּמַּיִם שֶׁבַּכּוֹסוֹת וּמַזִּין עַל הַכֹּהֵן הַשּׂוֹרֵף. וּמַטְבִּילִין הָיוּ הַתִּינוֹקוֹת שֶׁמְּמַלְּאִין וּמְקַדְּשִׁין וּמַזִּין עַל הַשּׂוֹרֵף אַף עַל פִּי שֶׁהֵן טְהוֹרִין מִטֻּמְאַת הַמֵּת שֶׁמָּא נִטְמְאוּ בְּטֻמְאָה אַחֶרֶת: |
| 8. Если ребенок погрузился в микву, чтобы наполнить водой кувшины и окропить из них, другой ребенок не должен наполнять водой эти сосуды, даже если он сам погрузился.
Если ребенок погрузился в воду, чтобы окропить водой с пеплом одного коэна, он не может окропить этой водой другого коэна, пока не погрузится снова ради очищения этого коэна. Точно так же, если утварь или люди были очищены ради приношения одной красной коровы, они не должны участвовать в приношении другой красной коровы, пока не погрузятся в воду ради нее. Все это — дополнительные строгости, необходимые для жертвоприношения красной коровы. |
תִּינוֹק שֶׁטָּבַל לְמַלְּאוֹת וּלְהַזּוֹת לֹא יְמַלֵּא בְּכֵלָיו תִּינוֹק אַחֵר אַף עַל פִּי שֶׁטָּבַל. וְתִינוֹק שֶׁטָּבַל לְהַזּוֹת עַל כֹּהֵן זֶה אֵינוֹ מַזֶּה עַל כֹּהֵן אַחֵר עַד שֶׁיִּטְבּל לְשֵׁם מַעֲשֶׂה זֶה הַכֹּהֵן. וְכֵן כֵּלִים שֶׁטִּהֲרוּם לְחַטָּאת זוֹ וּבְנֵי אָדָם שֶׁטִּהֲרוּם לְחַטָּאת זוֹ לֹא יִתְעַסֵּק בָּהֶם בְּפָרָה אַחֶרֶת עַד שֶׁיִּטְבְּלוּ לִשְׁמָהּ. וְכָל הַדְּבָרִים הָאֵלּוּ מַעֲלוֹת יְתֵרוֹת בְּפָרָה: |
| 1. Красную корову следует сжигать только за пределами Храмовой горы, как сказано («Бамидбар» 19:3): «И вынесите ее за стан». Они сжигали ее на Масличной горе. С Храмовой горы на Масличную был построен пандус. Под ним были арки на арках, то есть арка на двух арках, чтобы под ней было пустое пространство, чтобы не оказалось могилы в толще земли. Точно так же место сожжения коровы и место погружения на Масличной горе имели под собой пустоты, чтобы не оказалось могилы в недрах земли.
По этому пандусу красная корова, тот, кто ее сжигает, и все те, кто помогает ее сжигать, идут с Храмовой горы на Масличную. |
אֵין שׂוֹרְפִין אֶת הַפָּרָה אֶלָּא חוּץ לְהַר הַבַּיִת שֶׁנֶּאֱמַר (במדבר יט ג) «וְהוֹצִיא אֹתָהּ» אֶל מִחוּץ לַמַּחֲנֶה. וּבְהַר הַמִּשְׁחָה הָיוּ שׂוֹרְפִין אוֹתָהּ. וְכֶבֶשׁ הָיוּ עוֹשִׂין מֵהַר הַבַּיִת לְהַר הַמִּשְׁחָה וְתַחְתָּיו בָּנוּי כִּפִּין כִּפִּין וְכִפָּה עַל כָּל שְׁנֵי כִּפִּין כְּדֵי שֶׁיִּהְיוּ שְׁנֵי רַגְלֵי הַכִּפָּה עַל גַּג שְׁנֵי כִּפִּין שֶׁתַּחְתֶּיהָ. כְּדֵי שֶׁתִּהְיֶה תַּחַת הַכּל חָלוּל מִפְּנֵי קֶבֶר הַתְּהוֹם. אַף מְקוֹם שְׂרֵפָתָהּ וּמְקוֹם הַטְּבִילָה שֶׁהָיוּ בְּהַר הַמִּשְׁחָה תַּחְתֵּיהֶן חָלוּל מִפְּנֵי קֶבֶר הַתְּהוֹם. וְהַפָּרָה וְהַשּׂוֹרֵף וְכָל הַמְסַעֲדִין בִּשְׂרֵפָתָהּ יוֹצְאִין מֵהַר הַבַּיִת לְהַר הַמִּשְׁחָה עַל גַּבֵּי כֶּבֶשׁ זֶה: |
| 2. Как сжигали красную корову? Сначала старейшины Израиля шли на Масличную гору. Там находилась миква. Коэн, те, кто помогал ему сжигать, и корова выходили на пандус и приходили на Масличную гору.
Там они оскверняли коэна. Старейшины возлагали свои руки на него и говорили ему: «Погрузись в воду». Если это был первосвященник, они говорили ему: «Господин мой, первосвященник, погрузись». Он опускался, погружался, поднимался и вытирался.
Там были сложены дрова: кедровые, дубовые, сосновые и гладкие смоковницы. Было устроено подобие башни, и в середине ее были сделаны окна, чтобы огонь пылал в них. Передней частью она была обращена к западу.
Корову обвязывали веревкой из тростника и вносили на площадку головой на юг, а лицом на запад. Коэн должен был стоять с востока, головой на запад. Он закалывает корову правой рукой и собирает ее кровь в левую руку. Пальцем правой руки он семь раз окропит кровью левую ладонь в направлении Святая Святых. При каждом окроплении он окунал палец в кровь. Остаток крови на его пальце был непригоден для кропления, поэтому после каждого кропления он должен был очистить свой палец о тушу коровы.
Закончив кропление, он очищал свои руки об тело коровы и спускался с возвышения. Он разжигал огонь маленькими хворостинками и клал их под дрова уложения. Огонь начинал разгораться в нем. Коэн стоял в отдалении и наблюдал за ней, пока огонь не охватил большую часть тела, и живот коровы не оказался вспоротым.
После этого он берет ветвь кедрового дерева и иссоп, длиной не менее одной пяди, и шерсть, окрашенную в багряный цвет, весом в пять сэла. Он спрашивает стоящих там людей: «Это кусок кедра?» «Это кусок кедра?» «Это кусок кедра?» «Это иссоп?» «Это иссоп?» «Это иссоп?» «Это багряная нить?» «Это багряная нить?» Задавая каждый вопрос по три раза. Они отвечают: «Да!» «Да!» «Да!», по три раза на каждый набор вопросов.
Почему все это необходимо? Потому что существует семь видов кедра, четыре вида иссопа и несколько вариантов получения красного красителя. Некоторые красят мореной, некоторые — соком лакши, а некоторые — червецом. Червец — это очень красные ягоды, похожие на семена рожкового дерева. Они похожи на ягоды сумаха. В каждой ягоде живет жучок, похожий на мошку. Поскольку для каждой из сущностей существуют свои виды, коэн оповещает всех и сообщает, что именно эти виды упоминаются в Торе.
Упомянутый в Торе иссоп — это тот вид иссопа, который едят домашние хозяйки и используют в качестве приправы к некоторым блюдам. Иссоп, кедр и шерсть, окрашенная в багрянец, — все это абсолютные требования, без одного из которых остальные неприемлемы. Коэн должен связать иссоп и кедровую ветвь багряной нитью, а затем бросить их в брюхо коровы, как сказано («Бамидбар» 19:6): «И возьмет священнослужитель кедровое дерево и эзов и червленую нить, и бросит на пепелище коровы».
Он не должен бросать их в кострище, пока огонь не охватит большую часть туши, а не после того, как она превратится в пепел. Если он бросает их в это время, это недопустимо, на что указывает фраза «в середину пламени», т.е. не раньше, чем огонь охватит большую ее часть, и не после того, как она превратится в пепел. Бросали ли все три части вместе или одну за другой, бросали ли их в пепелище коровы или в огонь, разрывалось ли ее брюхо само по себе или коэн разрывал его рукой или утварью, — все это приемлемо. |
כֵּיצַד שׂוֹרְפִין אוֹתָהּ. זִקְנֵי יִשְׂרָאֵל הָיוּ מַקְדִּימִין בְּרַגְלֵיהֶן לְהַר הַמִּשְׁחָה וּבֵית טְבִילָה הָיָה שָׁם. וְכֹהֵן וְהַמְסַעֲדִין בִּשְׂרֵפָתָהּ וְהַפָּרָה יוֹצְאִין עַל הַכֶּבֶשׁ וּבָאִין לְהַר הַמִּשְׁחָה. וּמְטַמְּאִין אֶת הַכֹּהֵן וְסוֹמְכִין הַזְּקֵנִים אֶת יְדֵיהֶם עַל הַכֹּהֵן וְאוֹמְרִים לוֹ טְבל אַחַת. וְאִם הָיָה כֹּהֵן גָּדוֹל אוֹמְרִים לוֹ אִישִׁי כֹּהֵן גָּדוֹל טְבל אַחַת. יָרַד וְטָבַל וְעָלָה וְנִסְתַּפֵּג. וְעֵצִים מְסֻדָּרִים הָיוּ שָׁם אֲרָזִים אַלּוֹנִים וּבְרוֹשִׁים וַעֲצֵי תְּאֵנָה חֲלָקָה. וְעוֹשִׂין מַעֲרָכָה כְּמִין מִגְדָּל וּמְפַתְּחִין בָּהּ חַלּוֹנוֹת כְּדֵי שֶׁתִּהְיֶה הָאוּר מְלַבֶּבֶת בָּהֶן. וּמַרְאֵה הַמַּעֲרָכָה בְּמַעֲרָב. וְכוֹפְתִין אֶת הַפָּרָה בְּחֶבֶל שֶׁל מֶגֶג וְנוֹתְנִין אוֹתָהּ עַל גַּבֵּי הַמַּעֲרָכָה רֹאשָׁהּ לְדָרוֹם וּפָנֶיהָ לְמַעֲרָב. הַכֹּהֵן עוֹמֵד בַּמִּזְרָח וּפָנָיו לַמַּעֲרָב. שׁוֹחֵט בִּימִינוֹ וּמְקַבֵּל הַדָּם בִּשְׂמֹאלוֹ. וּמַזֶּה בְּאֶצְבָּעוֹ הַיְמָנִית מִן הַדָּם שֶׁבְּכַפּוֹ הַשְּׂמָאלִית שֶׁבַע פְּעָמִים כְּנֶגֶד בֵּית קָדְשֵׁי הַקָּדָשִׁים. עַל כָּל הַזָּאָה טְבִילַת אֶצְבַּע בְּדָם. וּשְׁיָרֵי הַדָּם שֶׁבָּאֶצְבַּע פְּסוּלִים לְהַזָּיָה לְפִיכָךְ עַל כָּל הַזָּאָה מְקַנֵּחַ אֶצְבָּעוֹ בְּגוּפָהּ שֶׁל פָּרָה. גָּמַר מִלְּהַזּוֹת מְקַנֵּחַ אֶת יָדָיו בְּגוּפָהּ שֶׁל פָּרָה וְיוֹרֵד מִן הַמַּעֲרָכָה וְהִצִּית אֶת הָאֵשׁ בְּעֵצִים קְטַנִּים וְהִכְנִיסָן תַּחַת עֲצֵי הַמַּעֲרָכָה וְהִתְחִיל הָאֵשׁ בָּהּ וְהַכֹּהֵן עוֹמֵד בְּרָחוֹק וּמְשַׁמֵּר לָהּ עַד שֶׁיִּצַּת אֶת הָאוּר בְּרֻבָּהּ וְתִקָּרַע בִּטְנָהּ. וְאַחַר כָּךְ נוֹטֵל עֵץ אֶרֶז וְאֵזוֹב אֵין פָּחוֹת מִטֶּפַח וְצֶמֶר צָבוּעַ בְּתוֹלַעַת מִשְׁקַל חֲמִשָּׁה סְלָעִים וְאוֹמֵר לָעוֹמְדִים שָׁם. עֵץ אֶרֶז זֶה עֵץ אֶרֶז זֶה עֵץ אֶרֶז זֶה. אֵזוֹב זֶה אֵזוֹב זֶה אֵזוֹב זֶה. שְׁנִי תּוֹלַעַת זֶה שְׁנִי תּוֹלַעַת זֶה שְׁנִי תּוֹלַעַת זֶה. שָׁלֹשׁ פְּעָמִים עַל כָּל אֶחָד וְאֶחָד. וְהֵן אוֹמְרִין לוֹ הֵין הֵין הֵין שָׁלֹשׁ פְּעָמִים עַל כָּל אֶחָד וְאֶחָד. וְכָל כָּךְ לָמָּה לְפִי שֶׁמִּינֵי אֲרָזִים שִׁבְעָה הֵן וּמִינֵי אֵזוֹב אַרְבָּעָה וְהַצָּבוּעַ אָדֹם יֵשׁ שֶׁצּוֹבְעִין אוֹתוֹ בְּפוּאָה וְיֵשׁ שֶׁצּוֹבְעִין אוֹתוֹ בְּלַכָּא וְיֵשׁ שֶׁצּוֹבְעִין אוֹתוֹ בְּתוֹלַעַת וְהַתּוֹלַעַת הִיא הַגַּרְגְּרִים הָאֲדֻמִּים בְּיוֹתֵר הַדּוֹמִים לְגַרְעִינֵי הֶחָרוּבִים וְהֵן כְּמוֹ הָאוֹג וְתוֹלַעַת כְּמוֹ יַתּוּשׁ יֵשׁ בְּכָל גַּרְגִּיר מֵהֶן וּלְפִיכָךְ מוֹדִיעַ לַכּל וּמְגַלֶּה לָהֶן שֶׁאֵלּוּ הֵן הַמִּינִים הָאֲמוּרִים בַּתּוֹרָה. וְהָאֵזוֹב הָאָמוּר בַּתּוֹרָה הוּא הָאֵזוֹב שֶׁאוֹכְלִין אוֹתוֹ בַּעֲלֵי בָּתִּים וּמְתַבְּלִין בּוֹ הַקְּדֵרוֹת. הָאֵזוֹב וְהָאֶרֶז וְהַתּוֹלַעַת שְׁלָשְׁתָּן מְעַכְּבִין זֶה אֶת זֶה. וְכוֹרֵךְ הָאֵזוֹב עִם הָאֶרֶז בְּלָשׁוֹן שֶׁל שָׁנִי וּמַשְׁלִיךְ אֶל תּוֹךְ בִּטְנָהּ שֶׁנֶּאֱמַר (במדבר יט ו) «וְהִשְׁלִיךְ אֶל תּוֹךְ שְׂרֵפַת הַפָּרָה». וְאֵינוֹ מַשְׁלִיךְ קֹדֶם שֶׁיַּצִּית הָאוּר בְּרֻבָּהּ וְלֹא אַחַר שֶׁתֵּעָשֶׂה אֵפֶר וְאִם הִשְׁלִיךְ פְּסוּלָה שֶׁנֶּאֱמַר אֶל תּוֹךְ שְׂרֵפַת לֹא קֹדֶם שֶׁיִּצַּת הָאוּר בְּרֻבָּהּ וְלֹא אַחַר שֶׁתֵּעָשֶׂה אֵפֶר. בֵּין שֶׁהִשְׁלִיךְ שְׁלָשְׁתָּן כְּאַחַת בֵּין שֶׁהִשְׁלִיךְ זֶה אַחַר זֶה בֵּין שֶׁהִשְׁלִיךְ לְתוֹךְ גּוּפָהּ אוֹ לְתוֹךְ שְׂרֵפָתָהּ בֵּין שֶׁנִּקְרְעָה מֵאֵלֶיהָ וְאַחַר כָּךְ הִשְׁלִיךְ בֵּין שֶׁקְּרָעָהּ בְּיָדוֹ אוֹ בִּכְלִי כְּשֵׁרָה: |
| 3. По завершении процесса сожжения его остатки и все куски дерева, которые были сожжены вместе с ним, разбивают дубинками, и все выгребают и просеивают. Все, что почернело, будь то плоть или дерево, и что можно раздробить и превратить в пепел, следует раздробить и превратить в пепел. Если на чем-то не остается следов пепла, это оставляют. Любой кусок кости, оставшийся от костей коровы, который не был сожжен, должен быть раздавлен независимо от этого. |
נִגְמְרָה שְׂרֵפָתָהּ חוֹבְטִין אוֹתָהּ בְּמַקְלוֹת הִיא וְכָל עֲצֵי הַמַּעֲרָכָה שֶׁנִּשְׂרְפָה בָּהֶן וְכוֹבְרִין אֶת הַכּל בִּכְבָרוֹת וְכָל שָׁחֹר שֶׁאֶפְשָׁר שֶׁיִּכָּתֵשׁ וְיִהְיֶה אֵפֶר בֵּין מִבְּשָׂרָהּ בֵּין מִן הָעֵצִים כּוֹתְשִׁין אוֹתוֹ עַד שֶׁיֵּעָשֶׂה אֵפֶר וְשֶׁאֵין בּוֹ אֵפֶר מַנִּיחִין אוֹתוֹ וְכָל עֶצֶם שֶׁנִּשְׁאַר מֵעֲצָמֶיהָ בְּלֹא שְׂרֵפָה בֵּין כָּךְ וּבֵין כָּךְ הָיָה נִכְתַּשׁ: |
| 4. В Храмовый двор пепел не вносится для хранения, как сказано («Бамидбар» 19:9): «И положит его вне стана». Пепел делился на три части: одна помещалась на валу, одна на Масличной горе, а одна распределялась между всеми стражами коэнов.
Та, что была разделена между всеми стражами коэнов, использовалась ими для освящения себя. Та, что была поставлена на Масличной горе, использовалась всем еврейским народом для окропления. А та, что была помещена на валу, была приготовлена и спрятана, как подразумевается там же: «Это будет охраной для общины Израиля». Отсюда учат, что она была помещена на хранение.
Действительно, на вал клали на хранение часть пепла от каждой сожженной коровы. С того момента, когда было заповедано исполнять эту заповедь, и до того времени, когда Храм был разрушен во второй раз, в жертву принесли девять красных коров. Первую принес Моше, наш учитель. Вторую принес Эзра. Семь других приносили до разрушения Второго Храма. А десятую принесет Король Мошиах, пусть он раскроется вскоре в наши дни. Истинно. Да будет на то воля Б-га. |
אֵין מַכְנִיסִין כְּלוּם מֵאֶפְרָהּ לְהַנִּיחוֹ בָּעֲזָרָה שֶׁנֶּאֱמַר (במדבר יט ט) «וְהִנִּיחַ מִחוּץ לַמַּחֲנֶה». וּשְׁלֹשָׁה חֲלָקִים הָיוּ חוֹלְקִין אֶת כָּל אֶפְרָהּ אֶחָד נִתַּן בַּחֵיל וְאֶחָד בְּהַר הַמִּשְׁחָה וְאֶחָד מִתְחַלֵּק לְכָל הַמִּשְׁמָרוֹת. זֶה שֶׁמִּתְחַלֵּק לְכָל הַמִּשְׁמָרוֹת הָיוּ הַכֹּהֲנִים מְקַדְּשִׁין מִמֶּנּוּ. וְזֶה שֶׁנִּתַּן בְּהַר הַמִּשְׁחָה הָיוּ יִשְׂרָאֵל מַזִּין מִמֶּנּוּ. וְזֶה שֶׁנִּתַּן בַּחֵיל הָיָה מוּכָן וּמֻצְנָע שֶׁנֶּאֱמַר (במדבר יט ט) «וְהָיְתָה לַעֲדַת בְּנֵי יִשְׂרָאֵל לְמִשְׁמֶרֶת» מְלַמֵּד שֶׁמַּצְנִיעִין מִמֶּנּוּ. וְכֵן הָיוּ מַצְנִיעִין מֵאֵפֶר כָּל פָּרָה וּפָרָה שֶׁשּׂוֹרְפִין בַּחֵיל. וְתֵשַׁע פָּרוֹת אֲדֻמּוֹת נַעֲשׂוּ מִשֶּׁנִּצְטַוּוּ בְּמִצְוָה זוֹ עַד שֶׁחָרַב הַבַּיִת בַּשְּׁנִיָּה. רִאשׁוֹנָה עָשָׂה משֶׁה רַבֵּנוּ. שְׁנִיָּה עָשָׂה עֶזְרָא. וְשֶׁבַע מֵעֶזְרָא עַד חֻרְבַּן הַבַּיִת. וְהָעֲשִׂירִית יַעֲשֶׂה הַמֶּלֶךְ הַמָּשִׁיחַ מְהֵרָה יִגָּלֶה אָמֵן כֵּן יְהִי רָצוֹן: |
| 1. Нельзя закалывать одновременно двух красных коров, как сказано («Бамидбар» 19:3): «И зарежешь ее». |
אֵין שׁוֹחֲטִין שְׁתֵּי פָּרוֹת אֲדֻמּוֹת כְּאַחַת שֶׁנֶּאֱמַר (במדבר יט ג) «וְשָׁחַט אֹתָהּ»: |
| 2. Если красная корова не желала выходить, то не следует выводить с ней черную, чтобы не было сказано: «Зарезали черную». Не берется и другая красная, чтобы не было сказано: «Они зарезали сразу двух». |
לֹא רָצְתָה פָּרָה לָצֵאת אֵין מוֹצִיאִין עִמָּהּ שְׁחוֹרָה שֶׁלֹּא יֹאמְרוּ שְׁחוֹרָה שָׁחֲטוּ וְלֹא אֲדֻמָּה שֶׁלֹּא יֹאמְרוּ שְׁתַּיִם שָׁחֲטוּ: |
| 3. Если красная корова была зарезана с другим намерением, или ее кровь была собрана или ею кропили с другим намерением, с надлежащим намерением и с другим намерением, или с другим намерением и с надлежащим намерением, она была принесена не коэном, или она была принесена коэном, не имеющим одной или нескольких священнических одежд, в золотых одеждах или в обычных одеждах, она неприемлема.
Если же она была зарезана с намерением вкусить ее плоть или выпить ее кровь, то она приемлема. Это объясняется тем, что выражение «приятное благоухание» не было сказано в отношении него. |
פָּרָה שֶׁנִּשְׁחֲטָה שֶׁלֹּא לִשְׁמָהּ אוֹ שֶׁקִּבֵּל אוֹ שֶׁהִזָּה שֶׁלֹּא לִשְׁמָהּ אוֹ לִשְׁמָהּ וְשֶׁלֹּא לִשְׁמָהּ אוֹ שֶׁלֹּא לִשְׁמָהּ וְלִשְׁמָהּ אוֹ שֶׁנַּעֲשֵׂית שֶׁלֹּא בְּכֹהֵן אוֹ בִּמְחֻסַּר בְּגָדִים אוֹ שֶׁעֲשָׂאָהּ בְּבִגְדֵי זָהָב אוֹ בְּבִגְדֵי חֹל פְּסוּלָה. שְׁחָטָהּ עַל מְנָת לֶאֱכל מִבְּשָׂרָהּ אוֹ לִשְׁתּוֹת מִדָּמָהּ כְּשֵׁרָה לְפִי שֶׁלֹּא נֶאֱמַר בָּהּ רֵיחַ נִיחוֹחַ: |
| 4. Если его кровь была собрана в сосуд, то она неприемлема, как сказано («Бамидбар» 19:4): «И возьмет Эльазар-коэн кровь пальцем своим». Заповедь выполняется пальцем, а не утварью. |
קִבֵּל דָּמָהּ בִּכְלִי פְּסוּלָה שֶׁנֶּאֱמַר (במדבר יט ד) «וְלָקַח אֶלְעָזָר הַכֹּהֵן מִדָּמָהּ בְּאֶצְבָּעוֹ» מִצְוָתָהּ מִצְוַת יָד וְלֹא מִצְוַת כְּלִי: |
| 5. Если он окропил кровью даже одним окроплением с помощью утвари, то окропление неприемлемо. Если он совершил одно кропление левой рукой, то это кропление недопустимо. Если семь коэнов окропили кровью одновременно, их окропление недопустимо. Если же они делали это один за другим, то это допустимо.
Если он окропил кровью, но не направил ее в Святилище, это неприемлемо, как сказано там же: «напротив входа в Шатер Собрания». Подразумевается, что он должен направить ее в сторону Святилища и увидеть Святилище. Аналогично, если он зарезал или сжег его не напротив Святилища, это неприемлемо, как сказано («Бамидбар» 19:3): «И заколют ее пред ним». |
הִזָּה בִּכְלִי אֲפִלּוּ אַחַת מֵהֶן הַזָּאָתוֹ פְּסוּלָה. הִזָּה אַחַת מֵהֶן בִּשְׂמֹאלוֹ פְּסוּלָה. הִזּוּ שִׁבְעָה כֹּהֲנִים הַזָּיָתָן כְּאֶחָד הַזָּיָתָן פְּסוּלָה. זֶה אַחַר זֶה כְּשֵׁרָה. הִזָּה וְלֹא כִּוֵּן כְּנֶגֶד הַהֵיכָל פְּסוּלָה שֶׁנֶּאֱמַר (במדבר יט ד) «אֶל נֹכַח פְּנֵי אֹהֶל מוֹעֵד» עַד שֶׁיְּכַוֵּן כְּנֶגֶד הַהֵיכָל וְיִהְיֶה רוֹאֵהוּ. וְכֵן אִם שְׁחָטָהּ אוֹ שְׂרָפָהּ שֶׁלֹּא כְּנֶגֶד הַהֵיכָל פְּסוּלָה שֶׁנֶּאֱמַר (במדבר יט ג) «וְשָׁחַט אֹתָהּ לְפָנָיו»: |
| 6. В каких случаях применяется вышесказанное? Если он окропил кровью, сжег или зарезал корову на юг или на север, или спиной к Святилищу. Однако если он стоял между востоком и западом и лицом к Святилищу, даже если он не направлял себя точно к Святилищу, это допустимо. |
בַּמֶּה דְּבָרִים אֲמוּרִים שֶׁהִזָּה אוֹ שָׂרַף אוֹ שָׁחַט כְּנֶגֶד הַדָּרוֹם אוֹ כְּנֶגֶד צָפוֹן אוֹ שֶׁהָיָה אֲחוֹרָיו לַמִּקְדָּשׁ. אֲבָל אִם עָמַד בֵּין מִזְרָח וּמַעֲרָב וּפָנָיו כְּנֶגֶד הַהֵיכָל אַף עַל פִּי שֶׁלֹּא כִּוֵּן כְּנֶגֶד [הַהֵיכָל] בְּדִקְדּוּק כְּשֵׁרָה: |
| 7. Если одно из окроплений не состоялось, оно неприемлемо. Если человек окунул палец в кровь дважды, а окропил один раз, то окропление неприемлемо. Если он окунул палец один раз и окропил дважды, даже если он не засчитал второе окропление, а вместо этого окунул палец и окропил второй раз, это неприемлемо.
Что подразумевается? Если он окунул палец в кровь в шестой раз и совершил шестое и седьмое окропления, это неприемлемо, даже если он снова окунул палец в кровь и окропил его в седьмой раз. Если после погружения пальца в кровь в седьмой раз, он совершил седьмое и восьмое окропление — даже если он погрузил палец в кровь в восьмой раз и затем окропил ее в восьмой раз, это допустимо, так как любое добавление сверх семи не имеет значения, при условии, что это сделал другой коэн. Если же дополнительное окропление совершил коэн, сжигающий жертву, то это неприемлемо, так как во время сжигания он занимался ненужным делом. |
חִסֵּר אַחַת מִן הַמַּתָּנוֹת פְּסוּלָה. טָבַל שְׁתַּיִם וְהִזָּה אַחַת הַזָּאָתוֹ פְּסוּלָה. טָבַל אַחַת וְהִזָּה שְׁתַּיִם אַף עַל פִּי שֶׁלֹּא חָשַׁב הַזָּאָה שְׁנִיָּה אֶלָּא טָבַל וְהִזָּה אַחֶרֶת הַזָּיָתוֹ פְּסוּלָה. כֵּיצַד. טָבַל אֶצְבָּעוֹ טְבִילָה שִׁשִּׁית וְהִזָּה שֵׁשׁ וְשֶׁבַע אַף עַל פִּי שֶׁחָזַר וְטָבַל אֶצְבָּעוֹ וְהִזָּה שֶׁבַע הַזָּיָתוֹ פְּסוּלָה. הִזָּה מִטְּבִילָה שְׁבִיעִית [שְׁבִיעִית] וּשְׁמִינִית אֲפִלּוּ חָזַר וְטָבַל טְבִילָה שְׁמִינִית וְהִזָּה שְׁמִינִית כְּשֵׁרָה שֶׁכָּל שֶׁמּוֹסִיף עַל הַשֶּׁבַע אֵינוֹ כְּלוּם. וְהוּא שֶׁיִּהְיֶה זֶה שֶׁהוֹסִיף כֹּהֵן אַחֵר אֲבָל הַכֹּהֵן הַשּׂוֹרֵף אוֹתָהּ אִם הוֹסִיף פְּסוּלָה מִפְּנֵי שֶׁנִּתְעַסֵּק בְּדָבָר שֶׁאֵינוֹ צָרִיךְ בִּשְׁעַת שְׂרֵפָתָהּ: |
| 8. Если кто-либо удалил кровь из места ее расположения, а затем окропил ею, то это недействительно. |
הוֹצִיא אֶת הַדָּם חוּץ מִמַּעֲרַכְתָּהּ וְהִזָּה פְּסוּלָה: |
| 9. Если человек окропил ее кровью ночью — даже если он совершил семь окроплений днем и одно ночью — это неприемлемо. |
הִזָּה מִדָּמָהּ בַּלַּיְלָה אֲפִלּוּ הִזָּה שֵׁשׁ הַזָּיוֹת בַּיּוֹם וְאַחַת בַּלַּיְלָה פְּסוּלָה: |
| 10. Если зарезали животное вне места сожжения, даже если зарезали его в стенах Иерусалима, это неприемлемо. |
שְׁחָטָהּ חוּץ מִמְּקוֹם שְׂרֵפָתָהּ אֲפִלּוּ שְׁחָטָהּ לְפָנִים מִן הַחוֹמָה פְּסוּלָה: |
| 11. Если сожгли ее вне места, на котором она была зарезана, разделили на две части и сожгли на двух местах, или двух коров сожгли на одном месте, то она запрещена. Если она уже была превращена в пепел, то можно принести другую и зарезать ее над пеплом первой без всякого сомнения. |
שְׂרָפָהּ חוּץ מִמַּעֲרָכָה שֶׁנִּשְׁחֲטָה עָלֶיהָ. אוֹ שֶׁחִלְּקָהּ לִשְׁנַיִם וּשְׂרָפָהּ בִּשְׁתֵּי מַעֲרָכוֹת. אוֹ שֶׁשָּׂרַף שְׁתַּיִם בְּמַעֲרָכָה אַחַת פְּסוּלָה. וְאִם אַחַר שֶׁנַּעֲשֵׂית אֵפֶר מֵבִיא אַחֶרֶת שׂוֹרֵף עַל גַּבָּהּ וְאֵינוֹ חוֹשֵׁשׁ: |
| 12. Если кто-то снял с нее кожу и разрезал на куски, а затем сжег целиком, то это допустимо. Если не хватает какой-либо незначительной части ее вещества, даже навоза, это неприемлемо. Если часть кожи, мяса или даже волос размером с оливку улетела с костра, ее следует вернуть. Если сжигающий не вернул это, то она неприемлема.
Если она выпала из костра вне его расположения, следует положить на нее много дров и сжечь на ее месте. Если улетели рога, копыта или навоз, их не нужно возвращать на костер. |
הִפְשִׁיטָהּ וּנְתָחָהּ וְאַחַר כָּךְ שָׂרַף כֻּלָּהּ כְּשֵׁרָה. וְאִם חִסֵּר מִמֶּנָּה כְּלוּם אֲפִלּוּ מִפִּרְשָׁהּ פְּסוּלָה. פָּקַע מֵעוֹרָהּ אוֹ מִבְּשָׂרָהּ אֲפִלּוּ מִשְּׂעָרָהּ כְּזַיִת יַחְזִיר וְאִם לֹא הֶחְזִיר פְּסוּלָה. פָּקַע חוּץ לְמַעֲרַכְתָּהּ מַרְבֶּה עָלָיו וְשׂוֹרְפוֹ בִּמְקוֹמוֹ. פָּקַע מִקַּרְנֶיהָ מִטְּלָפֶיהָ אוֹ מִפִּרְשָׁהּ אֵינוֹ צָרִיךְ לְהַחְזִיר: |
| 13. Красная корова не запрещена, если ее оставили на ночь без сжигания. Поэтому, если она была зарезана в один день, и ее кровью окропили, как требуется, а затем сожгли на следующий день, то она приемлема. |
הַפָּרָה אֵינָהּ נִפְסֶלֶת בְּלִינָה לְפִיכָךְ אִם נִשְׁחֲטָה הַיּוֹם וְהִזָּה דָּמָהּ כְּהִלְכָתוֹ וְנִשְׂרְפָה לְמָחָר כְּשֵׁרָה: |
| 14. Если коэн, сжигающий корову, является скорбящим или требует искупления, это допустимо. |
שְׂרָפָהּ אוֹנֵן אוֹ מְחֻסַּר כַּפָּרָה כְּשֵׁרָה: |
| 15. Если кто-либо сжег ее, не освятив руки и ноги, то это недействительно, потому что процесс принесения в жертву красной коровы сравним с жертвенным поклонением.
Каким образом он освящает свои руки и ноги? Из освященного сосуда во дворе Храма. Если освятить их вне Храмового двора из обычного сосуда, даже из маленькой глиняной чашки, то это допустимо, поскольку весь процесс приношения коровы совершается снаружи.
Если сжигающий корову коэн окунается в воду после того, как он стал нечистым, как мы уже объясняли, ему не нужно снова освящать руки и ноги, так как весь процесс жертвоприношения совершается теми, кто окунался в тот день. |
שְׂרָפָהּ שֶׁלֹּא בְּקִדּוּשׁ יָדַיִם וְרַגְלַיִם פְּסוּלָה מִפְּנֵי שֶׁמַּעֲשֶׂיהָ כְּעֵין עֲבוֹדָה. וְהֵיכָן מְקַדֵּשׁ יָדָיו וְרַגְלָיו בִּכְלִי שָׁרֵת בִּפְנִים וְאִם קִדֵּשׁ בַּחוּץ וּמִכְּלִי חֹל אֲפִלּוּ בִּמְקֵדָה שֶׁל חֶרֶס כָּשֵׁר הוֹאִיל וְכָל מַעֲשֶׂיהָ בַּחוּץ. וְכֵן כְּשֶׁמַּטְבִּילִין אֶת הַכֹּהֵן הַשּׂוֹרֵף אַחַר שֶׁמְּטַמְּאִין אוֹתוֹ כְּמוֹ שֶׁבֵּאַרְנוּ אֵינוֹ צָרִיךְ לַחְזֹר וּלְקַדֵּשׁ הוֹאִיל וְכָל מַעֲשֶׂיהָ בִּטְבוּלֵי יוֹם: |
| 16. Оптимальный способ выполнения заповеди — не уменьшать количество дров меньше, чем положено. Напротив, во время горения следует добавить к нему пучки иссопа и греческого майорана, чтобы увеличить количество пепла. Можно добавлять в огонь до тех пор, пока корова сама не превратится в пепел. После того, как она превратится в пепел, если добавить к ней хотя бы одно полено, то это будет подобно тому, кто смешал пепел от него с пеплом красной коровы. |
שְׂרָפָהּ שֶׁלֹּא בְּעֵצִים אוֹ בְּכָל עֵצִים אֲפִלּוּ בְּקַשׁ אוֹ בִּגְבָבָא כְּשֵׁרָה. וּמִצְוָתָהּ שֶׁלֹּא יְמַעֵט לָהּ עֵצִים מִן הָרָאוּי לָהּ אֲבָל מַרְבֶּה הוּא לָהּ חֲבִילֵי אֵזוֹב וְאֵזוֹב יוֹן בִּזְמַן שְׂרֵפָה כְּדֵי לְהַרְבּוֹת אֶת הָאֵפֶר. וְיֵשׁ לוֹ לְהַרְבּוֹת עֵצִים בִּשְׂרֵפָתָהּ עַד שֶׁתֵּעָשֶׂה אֵפֶר אֲבָל מִשֶּׁתֵּעָשֶׂה אֵפֶר אִם הוֹסִיף בָּהּ אֲפִלּוּ עֵץ אֶחָד הֲרֵי זֶה כִּמְעָרֵב אֵפֶר מַקְלֶה בְּאֵפֶר הַפָּרָה: |
| 17. Все действия, совершаемые с красной коровой от начала и до конца, должны совершаться только днем и коэнами-мужчинами, а выполнение работы запрещает ее до тех пор, пока она не превратится в пепел. После того, как она превратилась в пепел, она приемлема, даже если ее пепел был собран ночью, женщиной, или во время сбора пепла кто-то выполнял другую работу.
Из какого источника следует, что сбор пепла допустим, если его совершает любой человек, за исключением глухонемого, умалишенного или несовершеннолетнего? Сказано («Бамидбар» 19:9): «И человек чистый соберет пепел коровы». Из этого можно сделать вывод, что коэн для этого не требуется. Более того, как если бы было сказано «чистый человек», т.е. либо мужчина, либо женщина.
Из какого источника можно узнать, что выполнение работы запрещает это? Как сказано («Бамидбар» 19:3): «И зарежет его». Согласно устной традиции, мы узнали, что эта фраза приведена исключительно для того, чтобы научить, что если во время заклания коэн будет заниматься другим делом, то это неприемлемо. И сказано («Бамидбар» 19:5): «И сожгут телицу у него на глазах», то есть его взгляд должен быть сосредоточен на ней. Это учит, что выполнение работы приводит к тому, что она запрещена с момента ее заклания до тех пор, пока она не превратится в пепел. Тот, кто участвует в сожжении и выполняет другую работу, запрещает ее до тех пор, пока она не превратится в пепел. |
כָּל מַעֲשֵׂה הַפָּרָה מִתְּחִלָּה וְעַד סוֹף אֵינוֹ אֶלָּא בַּיּוֹם. וּבְזִכְרֵי כְּהֻנָּה. וְהַמְּלָאכָה פּוֹסֶלֶת בָּהּ עַד שֶׁתֵּעָשֶׂה אֵפֶר. אֲבָל מִשֶּׁתֵּעָשֶׂה אֵפֶר אִם כָּנַס אֶפְרָהּ בַּלַּיְלָה אוֹ שֶׁכְּנָסַתּוּ אִשָּׁה אוֹ שֶׁעָשָׂה מְלָאכָה אַחֶרֶת בִּשְׁעַת כְּנִיסָתוֹ הֲרֵי זוֹ כְּשֵׁרָה. וּמִנַּיִן שֶׁאֲסִיפַת הָאֵפֶר בְּכָל אָדָם מִיִּשְׂרָאֵל חוּץ מֵחֵרֵשׁ שׁוֹטֶה וְקָטָן שֶׁנֶּאֱמַר (במדבר יט ט) «וְאָסַף אִישׁ טָהוֹר» מִכְּלַל שֶׁאֵינָהּ צְרִיכָה כֹּהֵן וּכְאִלּוּ אָמַר אָדָם טָהוֹר בֵּין אִישׁ בֵּין אִשָּׁה. וּמִנַּיִן שֶׁהַמְּלָאכָה פּוֹסֶלֶת בָּהּ שֶׁנֶּאֱמַר (במדבר יט ג) «וְשָׁחַט אֹתָהּ» מִפִּי הַשְּׁמוּעָה לָמְדוּ שֶׁלֹּא בָּא הַכָּתוּב אֶלָּא לְלַמֵּד שֶׁאִם נִתְעַסֵּק בְּדָבָר אַחֵר בִּשְׁעַת שְׁחִיטָתָהּ פְּסָלָהּ וְנֶאֱמַר (במדבר יט ה) «וְשָׂרַף אֶת הַפָּרָה לְעֵינָיו» שֶׁיִּהְיוּ עֵינָיו בָּהּ לְלַמֵּד שֶׁהַמְּלָאכָה פּוֹסֶלֶת בָּהּ מִשְּׁעַת שְׁחִיטָה עַד שֶׁתֵּעָשֶׂה אֵפֶר. וְכָל הָעוֹסֵק בִּשְׂרֵפָתָהּ וְעָשָׂה מְלָאכָה אַחֶרֶת פְּסָלָהּ עַד שֶׁתֵּעָשֶׂה אֵפֶר: |
| 18. Если кто-либо зарезал корову, а вместе с ней зарезали другое животное или разрезали тыкву, то это допустимо, поскольку он не намеревался совершать работу. Это справедливо, даже если животное, которое было зарезано вместе с ним, допустимо к употреблению в пищу, поскольку забой обычных животных не требует сосредоточенного намерения. Однако если у человека было намерение разрезать тыкву, и она была разрезана во время заклания красной коровы, то та запрещена, поскольку во время ее заклания была совершена работа. |
שָׁחַט אֶת הַפָּרָה וְנִשְׁחֲטָה בְּהֵמָה אַחֶרֶת עִמָּהּ אוֹ נֶחְתְכָה דְּלַעַת עִמָּהּ כְּשֵׁרָה שֶׁהֲרֵי לֹא נִתְכַּוֵּן לִמְלָאכָה אַף עַל פִּי שֶׁהַבְּהֵמָה שֶׁנִּשְׁחֲטָה עִמָּהּ כְּשֵׁרָה לַאֲכִילָה שֶׁאֵין שְׁחִיטַת הַחֻלִּין צְרִיכָה כַּוָּנָה. אֲבָל אִם נִתְכַּוֵּן לַחְתֹּךְ הַדְּלַעַת וְנֶחְתְכָה בִּשְׁעַת שְׁחִיטָה פְּסוּלָה שֶׁהֲרֵי עָשָׂה עִמָּהּ מְלָאכָה: |