В праздник Шавуот, помимо дарования Торы и ещё нескольких важных событий, мы отмечаем день вознесения Баал-Шем-Това. В память об этом дне, поговорим о нигуне, принадлежащем этому праведнику. Баал-Шем-Тов заложил основы хасидизма, а его нигун — во многом, основоположник базовых элементов музыкального языка нигуним. Давайте слушать и анализировать.
1. Свет внутри — свет снаружи
Первый раздел открывается энергичным «стуком» — повтором одного и того же звука. За «стуком» следует «кружащаяся» интонация. В будущем, в хабадских мелодиях оба эти элемента в различных модификациях будут часто соседствовать — в данном либо обратном порядке. В качестве примеров можем вспомнить следующие нигуним: «Кэли Ато», «Нигун Ростов», «Пильпуль», «Уцу эца», «Лехатхила арибер» (второй раздел), «Цадик», «Машпиа», «Дурень Марко» и многие другие.
Что же означает каждый из этих элементов?
Повтор одного звука — как правило, трёх — или четырехкратный. В некоторых случаях («Лехатхила арибер», «Цадик») сопровождается «считалочкой» — подсчётом звуков на идиш: Эйн, цвей, драй, фир.. Такой прием символизирует в нигуним музыкальную иллюстрацию идеи ограниченного физического мира, с четко заданными и поддающимися учёту параметрами. А также — «наполняющий свет» — редуцированную энергию Всевышнего, доступную для восприятия этим ограниченным миром.
Соответственно, второй элемент символизирует окружающий свет — тот, который недоступен восприятию творения, который обволакивает его как бы «извне», охватывая «вокруг», но не проникая.
Порядок следования друг за другом зависит от образа, который необходимо создать автору нигуна, и от идеи, которую он планирует в него вложить. Например, Баал-Шем-Тов начинает с наполняющего света — вероятно потому, что его миссией было наполнить еврейский мир живым светом тайной Торы и энергией Творца, ощущаемой обитателями нашего мира. А «ореол святости» проявлялся уже в результате этого наполнения. Так или иначе, очень часто наполняющий и окружающий свет появляются в звуках хабадских нигуним в одной связке.
2. Б-г есть Всесильный
В продолжении первого раздела повтор звука и кружащая интонация звучат ещё раз — уже от более высокого звука и более светло.
Такой прием также будет встречаться во многих будущих хабадских мелодиях: «Кэли Ато», «Уцу эца», «Арба бавот» (финал), «Нет никого», «Эсн эст зих», «Машпиа» и многих других. Так же, как и в случае с «окружающим и наполняющим светом», порядок может совпадать с описанным выше (сначала более темно окрашенный эпизод, а вслед за ним — более светлый), или быть обратным ему (сначала светлый эпизод, потом он же — в более мрачном варианте).
Что означает данный элемент?
В нескольких эпизодах открытой и тайной Торы встречается идея, что Б-г есть Всесильный. Это идея единства Всевышнего, выраженная через тождество Его Имён. Имя «Б-г» символизирует Его бесконечность и доброту сверх законов и рамок созданного Им мира. Имя «Всесильный» олицетворяет Его строгость и даже по гиматрии (сумме числовых значений букв, составляющих это слово) равно слову «а-тэва» (природа).
Иногда человек начинает свой жизненный путь явного и открытого контакта с безграничностью Творца, а потом всю жизнь внедряет это ощущение во все аспекты бытия. А бывает наоборот: человек обнаруживает Всевышнего за декорациями законов этого мира и ищет-строит канал связи с Ним — стоящим за рамками всех этих сокрытий. В нигуне Баал-Шем-Това путь начинается с «Всесильный» (минорный фрагмент) и продолжается через «Б-г» (мажорный фрагмент). Вероятно, таков был путь его поколения — сначала научиться замечать Всевышнего «по-простому», в самых обыденных вещах, а потом уже подниматься на вершины разума и духа. Инсайт заключен в том, что по-любому, в обоих случаях использован один и тот же музыкальный материал, только окрашенный по-разному.
3. Стремясь и возвращаясь
Материал второго раздела, спустя несколько поколений, будет процитирован трижды: в нигуним «Ах ле Элоким», «Ло амут» и «Коль ацмосай». Первые два напева построены на одинаковом музыкальном материале, только расположенном в разном порядке. Первый из них ведёт от материального мира к духовному, второй — наоборот. Третий из упомянутых нигунов повествует о единстве материального и духовного под властью Творца. Цитированный материал (он же — тема второго раздела нигуна Баал-Шем-Това) во всех трёх мелодиях является тем самым «скрепляющим мостиком» между прочим фрагментами, благодаря которому единство возникает на уровне музыкального языка.
Также, контекст использования данного фрагмента подсказывает идею взаимного самопожертвования: человек отказывается от всего и полагается только на Всевышнего. А Всевышний оставляет «в стороне» все духовные миры с их воинствами и уделяет Свое Внимание нуждам и потребностям человека.
4. Остановись в развитии
Помните анекдот о том, как двое друзей в шутку решили открыть отель, назвать его «Развитие» и вывесить баннер «Остановись в „Развитии“»?
Если серьезно, иногда такие остановки жизненно необходимы. Для интеграции накопленного опыта; для накопления сил перед «прыжком».
Третий раздел нигуна Баал-Шем-Това — это такая остановка. Он максимально статичен. Как будто, действительно, развитие музыкального материала встало на паузу и ограничилось повторами одних и тех же долгих звуков и коротких невыразительных интонаций. В дальнейшем, материал такого типа будет очень часто встречаться именно в середине хасидских нигунов — особенно, радостных и танцевальных. Это такая «станция перезагрузки и подзарядки».
5. И о любви
Замыкает композицию нигуна повтор мелодии второго раздела, тем самым, образуя излюбленную для хасидских напевов музыкальную четырехчастную форму, в которой вторая и последняя части совпадают.
Если изобразить всю композицию в виде схемы, обозначив каждый новый фрагмент определенной буквой алфавита, получим слово אהבה (любовь), или Имя Всевышнего (י-ה-ו-ה).
Таким образом, мы видим, что нигун Баал-Шем-Това — корень, из которого выросли практически все концепции дальнейшего развития хасидской музыки, как и сами направления хасидизма — из учения самого Баал-Шем-Това.
