27 Швата
Мой уважаемый отец, Ребе [РАШАБ], пишет в одном из своих трактатов по хасидизму: «Хасиды прошлых поколений ставили условие в своей душе не делать никаких дозволенных вещей, к которым они испытывали желание или сердечное влечение. И за счет этого происходило уничтожение физических желаний».
Примечания:
Однажды, когда реб Шмуэль Мункес и несколько других хасидов Алтер Ребе сидели на фарбренгене, к столу принесли деликатес — жареное легкое. Реб Шмуэль взял блюдо, поднял его вверх и начал с ним танцевать. Поначалу остальных хасидов забавляли его выходки, но со временем они потеряли терпение и потянулись к нему. Реб Шмуэль проигнорировал их, а затем внезапно выбросил все лакомство в мусор.
Остальные хасиды были расстроены и решили, что р. Шмуэль заслуживает наказания. Он охотно принял их приговор и лег на стол. Некоторые из молодых людей вызвались нанести ему изрядную порцию ударов, а затем он тихо пошел искать какое-нибудь другое блюдо.
Через несколько минут прибежал мясник и закричал: «Не ешьте легкое! Это не кошерно!» Он пояснил, что на дом по ошибке прислали некошерное легкое.
Когда р. Шмуэль вернулся, его собратья-хасиды упрекали его еще более настойчиво: «Как ты мог выставлять напоказ свое пророческое вдохновение на публике?»
Реб Шмуэль отрицал, что его действия исходили из духа пророчества. Они были озадачены: «Так откуда ты узнал?» Тогда он рассказал, что перед своей первой аудиенцией у Алтер Ребе он решил больше не испытывать никаких желаний к материальным вещам.
«Но, — сказал он, — когда мне принесли легкое, я почувствовал сильное желание получить его, самое сильное желание, которое я когда-либо чувствовал со времен той встречи. И я увидел, что у окружающих было такое же желание. Мне пришло в голову, что такая сильная тяга не может быть вызвана разрешенной едой. Так я понял, что это лакомство должно быть некошерным. Поэтому я выбросил его в мусор».
В чем ключ к пониманию этого учения и этой истории? Этот самоконтроль — способность посмотреть себе прямо в лицо и сказать: «Я не буду бездумным рабом своих естественных побуждений и инстинктов» — поначалу является очень сложной задачей. Однако впоследствии, по мере того, как человек продолжает вести и выигрывать битву за битвой, эта способность становится второй натурой и постепенно становится менее сложной.
אאמו"ר [הרש"ב] כותב באחד ממאמריו: חסידים הקודמים עשו הסכם בנפשם שכל דבר המותר, אך שיש לו איזה רצון וחמדת הלב לזה - לא יעשנו, ועל ידי זה נעשה שבירת התאוה.