1. В Торе сказано (Шмот 13:7): «И да не будет видно у тебя квасного». Может быть, если бы его похоронили или доверили нееврею, он бы не нарушил заповедь? В Торе сказано (Шмот 12:19): «Семь дней опара не должна находиться в ваших домах», [подразумевая], что она не должна быть там, даже будучи закопана или передана (во владение нееврея).
Возможно, он нарушит [заповедь] только если квасное [найдется] в его доме, но если бы оно находилось вне его дома, в поле или в другом городе, он не нарушил бы [заповедь]? Тора говорит (Шмот 13:7): «Да не будет видно у тебя опары во всех пределах твоих», то есть во всем вашем имуществе.
Может быть, должно уничтожить в своем владении квасное, принадлежащее нееврею или посвященное? В Торе сказано (Шмот 13:7 и Дварим 16:4): «И да не будет видно у тебя квасного». [Мы можем сделать вывод]: нельзя видеть свое [квасное]; однако можно видеть [квасное], принадлежащее другим или посвященное [для использования в Храме].
2. Таким образом вы выучили, что наличие квасного, принадлежащего еврею, оставленного в его владении, даже если его захоронили, или оно находится в другом городе или передано (на хранение) нееврею, является нарушением [заповеди]: «И да не будет видно у тебя квасного» и «Семь дней опара не должна находиться в ваших домах».
Квасное, посвященное Б-гу, либо принадлежащее нееврею, но находится в пределах владений еврея, даже если у него в дому — разрешено, поскольку [квасное] не его. Даже если квасное принадлежало поселенцу, постоянно проживающему под властью еврейского народа (обязавшемуся в исполнении семи заповедей потомков Ноаха), нам не нужно заставлять его убирать квасное из своих владений в Песах.
Тем не менее, необходимо соорудить перегородку высотой не менее десяти ладоней перед квасным, принадлежащим неевреям, чтобы никто не воспользовался им. [Что касается квасного], посвященного Б-гу, то нет необходимости в сооружении ограды; поскольку все воздерживаются от освященного имущества, чтобы не совершить святотатство.
3. Если нееврей доверил свое квасное (на хранение) еврею, и тот принимает на себя ответственность возместить стоимость квасного в случае его утери или кражи, то тот обязан его уничтожить. Поскольку, приняв на себя ответственность за сохранность (квасного) как будто приобрел его.
Если он не принял на себя ответственность и обязательство возместить, то еврей может оставить его в своих владениях и может есть это квасное после Песаха, поскольку им владели неевреи.
4. Если жестокосердный нееврей доверит свое квасное еврею, и тот знает, что в случае утери или кражи [нееврей] принудит его возместить стоимость утраченного, даже если он принял (квасное) на хранение, не беря на себя ответственность, все равно — обязан уничтожить квасное. Считается, что оно принадлежит еврею, потому что нееврей считает его ответственным за сохранность.
5. Если еврей отдал свое квасное в залог нееврею в качестве обеспечения ссуды и говорит ему: «Если я не принесу деньги между сегодняшним днем и, такой-то датой, то квасное станет твоим [задним числом] с настоящего момента», квасное считается владением нееврея и разрешено использовать его после Песаха. Это применимо, если указанная дата была до Песаха.
Однако, если он не сказал ему: «квасное станет твоим [задним числом] с настоящего момента», то это квасное считается предметом, вверенном на хранение неевреям, и после Песаха пользоваться им запрещено.
6. Если еврей и нееврей путешествуют вместе на корабле, и еврей владеет квасным. Когда наступит пятый час [четырнадцатого Нисана], он должен продать его нееврею или подарить ему. Он может выкупить его у него после Песаха. Но должно дать квасное в безоговорочный дар (безусловно и окончательно).
7. Еврей может сказать нееврею: «Вместо того, чтобы покупать [квасного] на сто (серебряных) монет, придите и купите [квасного] на двести [серебряных денариев]... Вместо того, чтобы покупать у нееврея, приходите и покупайте у еврея. Возможно, мне потребуется [все это квасное], и я скуплю его у вас после Песаха».
Однако он не может продать или передать ему [квасное] с условием. Если он так поступает, то этим нарушает [запреты]: «И да не будет видно у тебя квасного» и «Семь дней опара не должна находиться в ваших домах».
8. [Человек], владеющий смесью квасного (с чем-либо), нарушает [запреты]: «И да не будет видно у тебя квасного» и «Семь дней опара не должна находиться в ваших домах»; например, рыбным рассолом, вавилонской простоквашей и мидийским пивом.
Этот принцип применим к любой съедобной смеси с квасным. Однако, смесь с квасным, но непригодная для употребления в пищу, может храниться в Песах.
9. В каком случае применяется [последний принцип]? Корыто дубильщика, в которое кладут муку и шкуры животных, даже если это было сделано за час до [времени, когда квасное должно быть] уничтожено — его можно оставить. Если положить муку [в корыто] без шкуры животных за три дня до [времени, когда квасное должно быть] уничтожено, то его можно оставить, потому что [квасное] наверняка испортилось и сгнило. В течение трех дней — его обязаны уничтожить.
10. Точно так же глазная мазь, компресс, пластырь или териак (особое древнее лечебное средство), в которые было подмешано квасное, могут храниться в Песах, поскольку это квасное не съедобно.
11. Не нужно уничтожать даже хлеб, если он заплесневел и больше не пригоден для употребления собакой, или испорченный компресс.
Одежду, выстиранную с крахмалом, а также бумагу, склеенную квасным, и другие подобные вещи можно хранить в Песах. Владение ими не является [нарушением запретов]: «и да не будет видно у тебя квасного» и «Семь дней опара не должна находиться в ваших домах», потому что это квасное не съедобно.
12. Хотя несъедобную смесь (которую не едят люди, или большинство людей) с квасным, например, териак и тому подобное, можно хранить [во время Песаха], однако, есть ее запрещено до исхода праздника, будь в смеси даже ничтожная доля квасного.