Гемара обсуждает семью Калева: в Хрониках говорится (I 2:18): «И Калев сын Хецрона родил от Азувы, жены (своей), и от Йериот; и вот сыновья ее: Йешер и Шовав, и Ардон».
По мнению РАШИ сначала у Калева была жена по имени Азува, после смерти которой он женился на Эфрат, которая родила ему Хура. И он также назвал дочь Азува — в память о первой жене.
В Гемаре далее объясняется, что все эти имена относятся к Калеву бен Йефуне и его жене Мирьям бат Амрам. Этот стих является частью многих генеалогических исследований, которые находятся в девяти первых главах Хроник. Мудрецы толковали эти слова совершенно иначе, не по правилу «Тора никогда не отходит от простого смысла» (Шабат 63а). Когда в этих главах встречается ряд имен, можно объяснить, что все они относятся к одному и тому же человеку (см. Мегила 13а).
Гемара спрашивает: был ли Калев на самом деле сыном Хецрона? Разве он не был сыном Йефуне, как говорится в стихе (Бамидбар 13:6)?
Там сказано: «От колена Йеуды — Калев бен Йефуне». Он был одним из 12 разведчиков, которых отправил Моше в Землю Израиля.
Гемара отвечает: он был сыном Хецрона, но его называют «сыном Йефуне» как знак, указывающий на то, что он был сыном, который отвернулся [«ше-пана»] от совета разведчиков.
Так комментирует РАШИ. Из этого места в Талмуде видно, что Калев бен Йефуне и Калев бен Хецрон это один и тот же человек. Отсюда следует, что Калев родил в возрасте восьми лет, ведь Бецалель (четвёртое поколение от Калева — Шмот 38:22 и Хроники I 2:19) построил Святилище в первый год после исхода из Египта, когда ему было по меньшей мере 13 лет (как учат из Шмот 36:4). А когда на следующий год Моше отправил разведчиков, Калеву было 40 лет (см. Йеошуа 14:6-7). Отсюда следует, что за 26 лет у него родились три поколения. Отнимем отсюда по 2 года на каждую беременность и получим, что каждый из них родил в возрасте восьми лет (см. Санедрин 69б). Но к этому объяснению есть возражение по хронологии: так как во второй год после исхода из Египта Калеву было 40 лет, то Хецрону (который спускался в Египет вместе с Яаковом — он был внуком Йеуды и сыном Переца — Берейшит 46:12) было по меньшей мере 172 года, когда он родил Калева (ведь евреи были в Египте 210 лет). Но из слов в Хрониках (I 2:21: «А потом вошел Хецрон к дочери Махира, отца Гилада, и он взял ее, будучи шестидесяти лет, и она родила ему Сегува») выходит, что ему было только 60 лет уже после рождения Калева. На основании этого Иерусалимский Талмуд полагает (Кидушин 1:2), что Калев бен Хецрон и Калев бен Йефуне это разные люди.
Гемара спрашивает: но это все еще сложно. Хецрон не мог быть его отцом, так как Калев был сыном Кназа, как написано: «И взял его Отниэль, сын Кназа, младшего брата Калева» (Йеошуа 15:17 и Шофтим 1:13). Это означало бы, что Калев также был сыном Кназа.
Гемара объясняет: Рава сказал, что Калев был пасынком Кназа, так как он и Отниэль имели одну мать, но разных отцов.
Гемара комментирует: Язык другого стиха также точен на основе этого объяснения, как написано: «И сказал ему Калев бен Йефуне, кнезиец» (Йеошуа 14:6). Хотя его отцом был Йефуне, он известен как «кнезиец», хотя на самом деле он не был сыном Кназа.
В стихе говорится: «И Калев сын Хецрона родил от Азувы, жены (своей), и от Йериот; и вот сыновья ее: Йешер и Шовав, и Ардон» (I 2:18). Гемара анализирует стих: здесь упоминается жена Калева по имени Азува. Мудрецы учат, что это Мирьям. И почему ее называют Азува? Поскольку все изначально оставили ее [«азвуа»] и не хотели жениться на ней, потому что она была болезненной и непривлекательной.
В стихе говорится буквально: «И Калев... родил Азуву». Гемара спрашивает: почему используется термин «родил»? Но разве в этом стихе не говорится, что он женился на ней?
Рабби Йоханан поясняет: это учит нас, что в отношении того, кто женится на женщине ради Небес, поскольку он делает это из-за ее праведности, не заботясь о ее внешности, стих Торы приписывает ему заслугу, как если бы он дал ей рождение.
Калев женился на Мирьям, так как хотел, чтобы его дети были похожи на братьев жены — Моше и Аарона, ведь по мнению мудрецов (Бава Батра 110а и РАШИ там) большинство детей похожи на братьев жены.
Надо добавить, что согласно мнению, что Калев бен Хецрон и Калев бен Йефуне это разные люди, может быть так, что Калев бен Хецрон родил Азуву, а Калев бен Йефуне женился на ней...
Стих продолжается: «И это были ее сыновья». Гемара объясняет: не читайте это как «ванеха», ее сыновья; скорее, читайте это как «бонеха», ее строители.
МААРША поясняет, что если бы здесь были перечислены дети Мирьям, то нужно было также упомянуть Хура, который родился после ее исцеления от проказы (I 2:19), поэтому речь идёт о ее муже.
Другими словами, остальные имена в стихе — Йешер и Шовав, и Ардон — не являются именами ее детей, а скорее именами ее мужа, чей брак с ней построил ее, так сказать.
После этого Гемара объясняет, каким образом эти имена отражают поступки Калева...
Гемара интерпретирует дополнительный стих как относящийся к Калеву. В нем говорится: «И у Ашхура, отца Ткоа, было две жены: Хела и Наара» (4:5). Ашхур — это Калев [бен Хецрон].
Ведь Ашхур был сыном Хецрона (2:24): «И жена Хецрона Авия родила ему Ашхура, отца (владельца) Ткоа». Если бы Ашхур и Калев были бы разными людьми, то следовало бы упомянуть, что Авия родила ему также и Калева.
И почему его называли Ашхур? Потому что его лицо почернело [«ушхеру»] от обширных постов, которые он принял на себя, чтобы не последовать совету разведчиков. «Отец» также относится к Калеву, поскольку он стал как отец для своей жены. Следующее слово в стихе, «Ткоа», является дополнительной ссылкой на Калева, поскольку он привязал [«така»] свое сердце к своему Отцу Небесному.
Фраза в стихе «было две жены» на самом деле означает, что Мирьям стала как две жены, потому что она изменилась с течением времени. И поэтому два имени в стихе: «Хела и Наара», не относятся к двум разным женщинам. Изначально Мириам была болезненной [«хела»] и одинокой, а в конечном итоге она стала здоровой и красивой, как молодая женщина [«наара»].