18 нисана (27.3.03) на станцию «Скорой помощи» в поселении Эфрат проник террорист-самоубийца. Солдат Асаф Перельман, приехавший на станцию чтобы опробовать новое оборудование, заметил его и попытался задержать. Раздался взрыв. Террорист взорвался на расстоянии полуметра от Асафа. Увечья, которые получил Асаф, были слишком тяжелыми: разорванный живот, практически оторванная левая рука, которая держится сейчас на остатках сухожилий…
Я услышал об этом на следующий день. Зная Асафа совсем немного времени, я успел проникнуться к нему большим уважением за его смелость и бесстрашие. Я решил, не мешкая написать Любавичскому Ребе Королю Мошиаху и попросить благословения за скорейшее выздоровление своего товарища. Узнав имя матери Асафа — Батья-Йеудит — я написал письмо и, провозгласив: «Йехи Адонейну!», вложил его в одну из книг писем Ребе. Открыв наугад книгу, я прочел ответ на письмо с просьбой об искуплении души (т. 19, с. 438). В письме на второй странице Ребе благословлял своих корреспондентов хорошим здоровьем и желал услышать добрые вести…
На следующее утро я отправился в лечебный центр «Адаса Эйн Карем», захватив с собой вино и доллар с благословением Ребе.
Войдя в палату я был крайне удивлен. Асаф лежал на кровати, к его телу были подключено множество аппаратов, но при этом он находился в полном сознании и даже узнал меня!.. Левая рука его была полностью забинтована. Асаф рассказал мне, что как только его привезли сюда, он попал в категорию тяжело раненых. Но вот буквально за последние несколько часов его состояние намного улучшилось. В качестве доказательства Асаф пошевелил пальцами левой руки, той самой, которая совсем недавно держалась только за счет уцелевших сухожилий. Настоящее чудо!.. Я сказал, что принес ему вино и доллар от Ребе. Услышав это, Асаф попросил положить доллар под подушку, слегка приподнял голову и улыбнулся.
