Выступая на конференции «Будущее Иудеи и Самарии» в Иерусалиме, Раван Осман (Rawan Osman), называющая себя арабской сионисткой, сказала, что, несмотря на отказ от своего антисемитского воспитания, долгое время избегала одной темы — вопроса о поселениях в Иудее и Самарии.
«Я всегда говорила, что я не журналист, не политик, не израильтянка — поэтому не спрашивайте меня, — рассказала Осман. — Так было до тех пор, пока меня не пригласили на экскурсию по Иудее и Самарии. Я села возле родника и гранатового дерева, смотрела на долину Иордана, долго думала и пришла к выводу: если евреи имеют право жить в Тель-Авиве, то они определённо имеют право жить в Иудее и Самарии. Это часть их истории, их прошлого, и это должно быть частью их будущего».
Осман, родившаяся в Дамаске в мусульманской семье, выросла в атмосфере антисемитизма. Ее отец происходит из семьи суннитов из Дамаска, мать из семьи шиитов, из деревни недалеко от Баальбека, что на востоке Ливана. Она симпатизировала «Хизбалле» и ненавидела Израиль — и евреев. «Всему, что нам рассказывали о евреях и израильтянах, мы верили — особенно потому, что не осталось евреев, которые могли бы опровергнуть то, что о них говорили», — сказала она.
Только после переезда во Францию в 20 лет и знакомства с евреями она смогла освободиться от идеологической обработки, которой подвергалась в детстве. Она училась, исследовала и в конце концов стала сионисткой. Несколько месяцев назад она критиковала арабские страны с трибуны ООН. Сейчас она находится в процессе перехода в иудаизм, который описывает как «возвращение домой».
